Версия для печати 9817 Материалы по теме
бронзовый
 В этом году исполняется 250 лет со дня рождения Александра Гамильтона – выдающегося американского государственного деятеля.

 Гамильтон не был президентом, а потому заметно уступает по популярности Джорджу Вашингтону или Томасу Джефферсону. Тем не менее, согласно опросам общественного мнения, проведенным в США, он входит в десятку лиц, наиболее сильно повлиявших на историю этой страны. Александр Гамильтон был среди немногих государственных деятелей, чей портрет увековечен на национальной валюте США. Но, пожалуй, он ближе других оказался именно к доллару – и как к символу финансовой мощи Америки, и как к инструменту ее становления в качестве единого государства.
Взгляды Гамильтона трудно назвать либеральными. Один из основателей и лидер партии федералистов, он отстаивал преимущества централизованного федеративного государства с сильной властью президента. В результате Гамильтон оказался одним из главных противников расширения прав штатов и многих принципов народовластия, характерных для раннего периода истории независимой американской республики.
Однако Александру Гамильтону удалось не только заложить основы самой мощной на сегодняшний день экономики, но и определить экономические ориентиры того пути, по которому страна смогла успешно двигаться в последующие два с половиной столетия. Как государственный деятель, он имел отношение к таким фундаментальным основам американской государственности как конституция, институт президентства, армия, федеративное устройство. Однако особого внимания заслуживает его работа на посту первого в истории страны министра финансов.
Гамильтон был назначен на эту должность Президентом США Джорджем Вашингтоном в 1789 г. и немедленно приступил к активному продвижению своей финансовой программы. В 1790 г. он подготовил знаменитый «Доклад о государственном кредите», в котором сформулировал ряд смелых и радикальных предложений. В частности, он требовал от федерального правительства полностью выплатить внутренний и внешний долг США и принять на себя все долги штатов, накопившиеся за годы Войны за независимость. Нужно сказать, что объем долгов составлял существенную для не самого богатого тогда государства сумму в 75 млн долл.
Очевидно, что «Доклад о государственном кредите» был направлен на решение крупных экономических и политических, а не только финансовых задач. Гамильтон стремился к созданию и укреплению сильных центральных институтов как необходимой политической и экономической инфраструктуры единого государства, что вызывало серьезное противодействие сторонников более широкой автономии штатов. Призывая к выплате долгов штатов, он надеялся связать интересы федерального правительства с интересами влиятельных и богатых людей, которые держали большую часть соответствующих долговых обязательств. Против столь заметного шага на пути укрепления власти федерального правительства по отношению к правительствам штатов поначалу выступил тогдашний госсекретарь США Томас Джефферсон, выступавший за меньшую централизацию.
гамильтон
Кроме того, одной из главных целей Гамильтона стало восстановление доверия к государству как надежному заемщику, поскольку в будущем неизбежно пришлось бы прибегать к выпуску облигаций. В «Докладе о государственном кредите» говорится: «Долг есть цена свободы… Доверие Америки явилось залогом свободы, и это обстоятельство придает особую силу нашим обязательствам».
Там, где другие видели только проблему, Гамильтон находил возможности. Он аргументированно доказывал, что консолидация национального долга позволит превратить долг в ликвидный капитал, сделав его одним из факторов экономического роста. «Если национальный долг не слишком большой, он может стать национальным благословением», – заявлял министр.
Серьезную проблему для молодого государства представляла неупорядоченная банковская система и, как следствие, царивший в стране валютный хаос. После окончания Войны за независимость банковское дело стало активно развиваться, и уже к 1790 г. в стране появилась сеть частных банков, деятельность которых, однако, имела ряд особенностей. Во-первых, банк, получивший лицензию на работу в одном штате, не имел права проводить операции на территории другого. Во-вторых, большинство частных банков эмитировало собственные банковские билеты.
Каждый раз, когда частный банк осуществлял выпуск банкнот, он тем самым увеличивал денежную массу страны. Такую систему следовало регулировать. Гамильтон полагал, что регулятором должен быть некий особенный банк, наделенный функциями государственного учреждения. Его противники считали, что финансовый рынок сам является регулятором, поскольку банки не станут печатать необеспеченные деньги, чтобы не прогореть.
старье
В 1791 г. Гамильтон добился от Конгресса лицензии для первого центрального банка Америки, так называемого Первого банка США, имеющего начальный капитал 10 млн долл. Доллар получил статус общегосударственной денежной единицы. Поначалу инициатива министра финансов вызвала напряженные дебаты на самом высоком уровне, ведь речь шла об акционерном банке, создаваемом на основе банка штата Филадельфия, в числе акционеров которого должно быть не только правительство, но и частные лица, даже иностранцы (кстати, именно обвинение в иностранном присутствии помешало возобновлению лицензии банка, истекшей в 1811 г.).
Однако Гамильтон хотел создать не просто акционерный банк, а мощный и эффективный финансовый инструмент государства. Банк должен был принимать налоги, кредитовать правительство, выплачивать проценты по государственным облигациям, а главное – регулировать выпуск банкнот частными банками, предъявляя их к оплате золотом.
Перспектива появления огромного банка, имеющего филиалы во всех штатах, предлагающего деньги под низкие проценты и надзирающего за денежной эмиссией других банков, напугала всех сторонников децентрализации. Оппоненты Гамильтона указывали, что в таком случае штаты теряют свое конституционное право запрещать и создавать банки. Все южные штаты (где конгрессмены стояли близко к акционерам банков штата или сами являлись такими акционерами) высказались против, однако северные штаты, и особенно Филадельфия (на основе банка которого и создавался центральный банк), предложение Гамильтона поддержали.
Так или иначе, Первый банк США был создан и в течение 20 лет служил финансовой базой для быстро развивавшейся экономики. Основной его задачей стало обеспечение условий для наращивания в стране производственного капитала. Гамильтон писал: «Золото и серебро, используемые лишь как инструмент обмена и отчуждения, – это подвергающиеся деноминации мертвые активы. При депонировании же в банки они становятся основой обращения бумажных денег, и в этом случае получают жизнь или, другими словами, активное и продуктивное качество».
Отметим, что ликвидация в 1811 г. центрального банка привела к зависимости банков от правительств штатов и «дефициту надежности» банковской системы. Поэтому уже через несколько лет, в 1816 г., центральный банк возродился под именем Второго банка США.
фонарь
Александр Гамильтон был уверен, что центральная власть, формально наделенная обширными полномочиями, не может быть сильной без прочной финансовой основы своей деятельности: «Деньги совершенно справедливо считают костяком политических структур, обеспечивающим их существование и деятельность, выполнение самых важных функций. Полновластие в отношении регулярного и должного получения их, насколько позволяют ресурсы страны, можно рассматривать как неотъемлемую часть всех конституций. За нехваткой средств следует одно из двух зол: систематический грабеж народа вместо приемлемых методов удовлетворения общественных потребностей либо полная атрофия правительства, погибающего в кратчайший срок». Поэтому министр финансов уделял особое внимание созданию эффективной системы налогообложения, для чего предлагал передать всю власть в сфере налогообложения национальному правительству. Однако у этой позиции имелись серьезные противники в лице антифедералистов, сторонников широкой автономии штатов, с которыми Гамильтону пришлось вести идеологическую и политическую борьбу еще до принятия Конституции США в 1789 г.
Гамильтон считал, что правительство должно располагать «всей полнотой власти для решения задач, порученных его заботам, и выполнения до конца доверенных ему функций, за что оно несет ответственность» и должно быть полностью свободным от любого другого контроля, «за исключением уважения общественного блага и мнения народа». Тем не менее он признавал, что штаты должны иметь независимые права сбора налогов для удовлетворения собственных нужд.
Министр финансов отмечал: «Коль скоро обязанности надзора за национальной обороной и обеспечения общественного мира против внешних или внутренних бесчинств включают в себя ассигнования в связи с потерями и опасностями, размеры которых нельзя заранее определить, права на эти ассигнования не должны знать иных границ, кроме неотложных нужд нации и размеров ресурсов страны. Доходы являются основным двигателем, при помощи которого обеспечиваются средства для удовлетворения национальных нужд. Право на получение потребных средств полностью должно входить в полномочия ассигнований на эти нужды».
Гамильтон считал жизненно необходимым для государства поощрять развитие промышленности и торговли, справедливо полагая, что Соединенные Штаты не смогут конкурировать с индустриально мощной Европой, если останутся нацией фермеров. Отсутствие капиталовложений в промышленном секторе представляло собой серьезную проблему, и Гамильтон был намерен ликвидировать указанный недостаток. Используя различные управленческие инструменты, он стремился создать целостную систему стимулирования промышленного производства. В результате в США возник ряд форм государственной поддержки предпринимательства, таких как протекционистские тарифы на импорт и правительственные субсидии. Министр финансов верил в дух свободного предпринимательства и его функцию катализатора экономики, однако считал, что государство может и должно вмешиваться в экономику, в частности, чтобы направлять деловую активность граждан в нужное русло.
Очевидно, что у подобной экономической политики имелось множество противников. Явный акцент на развитии коммерции и промышленности, в том числе на получении быстрой прибыли, которую программа сулила бизнесменам промышленно более развитого Севера, в скором времени привел к образованию мощной оппозиции из числа аграрных штатов Юга. Противником Гамильтона был и Томас Джефферсон, стоящий на позициях «защиты простого человека от политической и экономической тирании» и предлагавший развивать более децентрализованную аграрную демократию, поскольку «настоящими представителями великого американского народа» являются мелкие фермеры.
гамильтон
Гамильтон способствовал созданию не только класса промышленников, необходимого для развития капиталистического метода хозяйствования, но и капитала, с которым они могли работать. В знаменитом «Докладе о мануфактурах», представленном Конгрессу, он доказывал, что Америка получила прочную основу для притока капитала, требующегося на промышленное развитие, приводя в качестве примера рост банков, привлечение иностранных инвестиций и использование консолидированного долга как одного из видов капитала. Три упомянутых источника получения капитала появились главным образом благодаря действиям самого Гамильтона.
Реализация новой программы способствовала формированию финансовой системы, адекватной реалиям единого американского государства, и укреплению позиций федерального правительства. Значение деятельности Александра Гамильтона для дальнейшего развития США трудно переоценить. С небольшой натяжкой можно сказать, что курс, который Соединенные Штаты взяли в конце XVIII в. и которого придерживаются (с небольшими коррективами) до сих пор, – это курс Гамильтона, сумевшего соединить властные инструменты сильного централизованного государства с энергетикой «нации свободных предпринимателей».

Материал подготовил Марк ЦУЦИЕВ
Журнал «Бюджет» №3 март 2007

Поделиться