Версия для печати 3837 Материалы по теме
Почему МНС не выполняет решения Высшего арбитражного суда? Какие сделки ВАС относит к «притворным»? Как будет применяться в судебной практике сенсационное определение 169-0 Конституционного суда? Что означает понятие «недобросовестный налогоплательщик»?
Владимир Моисеевич ТУМАРКИН, судья Высшего арбитражного суда РФ

— Как быть в ситуации, когда налоговые органы игнорируют решение ВАС? Например, недавно налоговики выпустили письмо № 03-1-08/1876/14@, противоречащее решению ВАС...
- Мы в решении ВАС № 10865/03 от 24 февраля 2004 года разъяснили, в каком случае можно принять к вычету НДС, уплаченный за оборудование, которое требует монтажа. МНС просто было обязано внести коррективы в свои нормативные документы. В данном случае возникла нестандартная ситуация. Впрочем, нетрудно предсказать дальнейшее развитие событий: налоговые инспекции при проверке будут принимать решение в соответствии со своей инструкцией, после чего налогоплательщики будут обращаться в суд. А суды признают позицию налоговых органов не соответствующей закону.
—    Каково ваше мнение по поводу определения Конституционного суда РФ № 169-0?
—Точка зрения Конституционного суда по реальным затратам при возмещении НДС для нас важна. Но применять это определение мы будем только в тех случаях, когда увидим признаки сомнительной сделки. Утверждения о том, что в сделке не было реальных затрат, должны быть обеспечены убедительными доказательствами.
—    А как определение КС соотносится с нормами Налогового кодекса РФ?
—    Хотя в налоговом кодексе нет понятия «реальные затраты», вынесение определения правомерно. Фактически понесенные затраты — это вопрос из области экономики. Если вы потеряли не абстрактное имущество, а ликвидное, тогда можно говорить о том, что вы понесли затраты.
Для этого не нужно делать отдельную запись в законе.
— Смогут ли теперь налоговики оспорить дела, которые уже были выиграны по этому вопросу?
— Арбитражные суды руководствуются нормами процессуального права. После того как решение принято судом первой инстанции, у любой стороны есть право обжаловать это решение в течение двух месяцев в апелляционной инстанции. Для того, чтобы обжаловать судебное решение, вступившее в законную силу, у участника судебного процесса есть три месяца, чтобы обратиться в Высший арбитражный суд. Но если процессуальные сроки пропущены, это заявление не будет принято. Пока незаметно, чтобы налоговые органы активизировались в этом направлении.
— Какой закон дает налоговикам право оспаривать действительность сделок в суде?
— Этот вопрос у нас обсуждался на коллегии после вступления в действие первой части НК. Мы пришли к выводу, что налоговая инспекция имеет право подавать в суд иски о признании сделок не действительными. Это было установлено еще в 1991 году в законе
о государственной налоговой службе. Несмотря на то, что и редакция, и названия этого закона много раз менялись, такое право за налоговой инспекцией сохранилось и закреплено в налоговом кодексе.
— Что суды понимают под притворностью» сделки?
— Суд может признать сделку притворной, если она преследует иную цель, чем это предусмотрено   в   договоре.   Любая предпринимательская   деятельность  предполагает  получение хозяйствующим субъектом прибыли. Такое определение предпринимательской деятельности содержится во второй статье Гражданского кодекса РФ. А мы зачастую сталкиваемся со сделками, которые вообще не приносят прибыли или она минимальна. При этом в схему, например лжеэкспорта,   в  отношения  между предпринимателем и контрагентом вплетается государство, которое платит деньги из бюджета  в виде возмещения налога на добавленную стоимость. Это одно из оснований, внешние признаки
того, что нужно усомниться в действительных намерениях сторон, заключивших договор.
— Эти подозрения и должен опровергать налогоплательщик?
—Доказательства   притворности сделки должна собирать налоговая инспекция. Таким доказательством может быть, например, опровержение налоговой инспекцией факта наличия товара в случае лжеэкспортной  сделки. Или отсутствие денежных расчетов, замена их на расчеты некими ценными бумагами. I Порой по документам очевидно,  что денежные средства, пройдя через определенный круг лиц, вернулись к тому же лицу, откуда они поступили.
—    Давайте рассмотрим какой-нибудь пример.
—    Недавно по одному из дел мы дали не только правовое, но и экономическое обоснование, почему мы отменяем принятые судебные акты и принимаем решение в пользу налоговой службы. В данном деле налогоплательщик указывал, что у него в обороте находится более одного миллиарда рублей по конкретной сделке. При этом он намеревался через два года получить 16 тысяч рублей экономической выгоды, что составляет менее одной тысячной от суммы сделки. А требование на возмещение НДС из бюджета было составлено на 150 млн. рублей. Такое очевидное несоответствие суммы сделки размеру ожидаемой прибыли — основание для признания сделки притворной.
—    А уголовное дело по такому факту не было возбуждено? Как часто материалы дела в арбитражном суде становятся основанием для возбуждения уголовных дел?
—    Насколько мне известно, уголовное дело по этому факту тогда не возбуждено. Дело в том, что налоговая служба у нас очень ограничена в своих полномочиях. Для того, чтобы доказать факт отсутствия товара у лжеэкснортера, надо собирать свидетельские показания, проводить следственные действия. Такие вещи можно выявлять только в результате возбуждения утоловного дела, вне рамок процесса в арбитражном суде.
—    Понятие «недобросовестный налогоплательщик» довольно часто употребляется в постановлениях арбитражных судов. А в кодексе такого понятия нет. Что ВАС РФ понимает под недобросовестностью ?
—    Когда мы получаем от юристов МНС бумаги, в них присутствует понятие «недобросовестность». Но что за этим скрывается, нужно узнавать у налоговой службы.
—    А какова ваша личная точка зрения ?
—    Я считаю, что «недобросовестность» — некорректное понятие. Добросовестно ли ведет себя налогоплательщик в данной конкретной сделке или нет — это очень субъективный вопрос. Например, можно уличить в недобросовестности организацию, созданную для проведения 2—3 операций. А может быть и так, что у реального нормально работающего предприятия есть одна сделка, которая вызывает сомнение. Подход к этим налогоплательщикам будет различным. Нельзя их назвать одинаково недобросовестными. Конкретные сделки сомнительными признать можно, а вот налогоплательщиков отнести в разряд неких «недобросовестных» нельзя.
—    Кто должен доказывать недобросовестность налогоплательщика ?
—    Если инспекция пытается оспорить сделку, она должна представить убедительные доказательства того, что эта сделка является недействительной. Возможно, эти доводы будут столь убедительны, что налогоплательщику придется доказывать обратное.
—    В последнее время МНС стало выпускать инструкции для инспекторов под грифом «ДСП». Насколько это оправданно, ведь это означает введение новых правил игры, неизвестных налогоплательщикам?
—    Действующее законодательство не запрещает издавать инструкции для служебного пользования. Я полагаю, в них говорится о том, как нужно провести проверку, чтобы найти правонарушение, как обосновать это правонарушение, особенно если это касается недобросовестности. Но уверен, что эксперт, который проводит проверку, будет ссылаться не на нее, а на реальные обстоятельства, которые выявлены, и на закон. Поскольку инструкции не доводятся до сведения налогоплательщика, их применение не может повлечь нарушение прав налогоплательщиков. Вот если бы на основании этой инструкции налоговая инспекция приняла решение, у налогоплательщика появилась бы возможность его оспорить. Но пока в акте проверки не появились документальные ссылки на подобное методическое указание, оспорить инструкцию невозможно.

Беседовал Айдар КОЖАХМЕТОВ
Журнал «Бюджет» №10 октябрь 2004 г.

Поделиться