Версия для печати 2721 Материалы по теме
— Подведены итоги исполнения бюджета республики за 2002 год. Что положительного можно отметить, а что сделать не удалось?  
— Первый год моего пребывания на посту главы республики совпал с календарным финансовым годом. В январе 2002 г. я принял депрессивную республику с бюджетом, почти полностью состоящим из трансфертов. Мои предшественники основные усилия тратили на их «выколачивание» из Москвы. Затем, после прихода долгожданной помощи, все прекращали работать и пребывали в полной эйфории, пока деньги не заканчивались. Единственным источником пополнения собственных доходов являлась офшорная зона, созданная 10 лет назад с целью привлечения ресурсов для осуществления экономико-социальных проектов. Предполагалось создание мощной туристической инфраструктуры: современные гостиницы, базы отдыха, горнолыжные трассы... Но, к сожалению, ничего построено не было. Затем Верховный суд РФ, усмотрев ряд крупных нарушений, закрыл офшор. И, плюс к тому, к концу 2001 г. накопилась колоссальная задолженность по зарплате, детским пособиям, коммунальным платежам. В этих условиях пришлось формировать бюджет на 2002 г. Главное, что стояло передо мной в тот момент, — это собрать хорошую, надежную, трудоспособную и высокопрофессиональную команду. Затем следовало наладить нормальные, конструктивные отношения с парламентом республики. До этого противостояние исполнительной и законодательной власти было предельно острым, что мешало нормальной работе, сводило все усилия к разбирательствам: кто лучше и главнее — правительство или Эл Курултай. Нам удалось переломить ситуацию и найти понимание и поддержку у парламентариев. После того, как обе ветви власти республики стали согласованно работать над улучшением социально-экономической ситуации в регионе, результаты не замедлили сказаться. По всем направлениям, определенным в бюджете 2002 г., удалось добиться значительного превышения плановых показателей.
 
— А бюджет Республики Алтай 2003 г. — он по-прежнему состоит в основном из федеральных трансфертов?
 — Мы благодарны российскому правительству за своевременную отправку трансфертов в 2002 г. Вместо того, чтобы их «выбивать», мы мобилизовали все силы на подъем своей экономики и аграрного сектора, на расширение налогооблагаемой базы. Ресурсов, конечно, было недостаточно, но, тщательно взвесив все возможности, правительство республики смогло выделить значительную сумму в первую очередь на поддержку агропромышленного комплекса. Это многих привело в ужас. Как же так: денег на социальные программы не хватает, а огромные по республиканским масштабам ресурсы направлены на подъем сельского хозяйства? Но шок вскоре прошел. Поддержанные дотациями крестьяне быстро переориентировались, стали активно сдавать выращенную продукцию на перерабатывающие предприятия, которые до того момента из-за отсутствия сырья практически все стояли.
Дважды в течение года пересматривался республиканский бюджет по доходной и расходной частям, поскольку появились дополнительные поступления в казну. Денежные средства от внутренних поступлений мы направляли по целевому назначению. Таким образом были выполнены все обязательства по социальным направлениям: мы полностью рассчитались по детским пособиям, методлитературе. На это было потрачено свыше 160 млн руб.
 
— Как скоро инвестиции отразятся на темпах экономического роста?
— Самым главным результатом в прошлом году я считатаю то, что был дан мощный толчок развитию агропромышленного комплекса, который составляет основу экономики Республики Алтай. Мы полностью рассчитались по дотациям за всю реализованную продукцию и десятикратно увеличили обеспечение крестьян техникой по лизингу. Изыскав средства, закупили (кстати сказать, по весьма выгодным ценам) тракторы, комбайны, агрегаты. Если в среднем в год для сельского хозяйства Горного Алтая закупалось порядка десяти тракторов, то в 2002 г. мы передали селу около 200.
Нерешаемой долгие годы проблемой было замороженное еще с советских времен строительство жизненно важных объектов: школ, больниц, культурных учреждениий, водозаборов, ЛЭП, коммуникационных сетей. В далеком селе Селька (Чойский район), под личным контролем Юрия Михайловича Лужкова, мы за 9 месяцев построили великолепную школу. Строится фабрика по производству волластонита (ценного природного материала с широким спектром промышленного применения). Одним словом, республика почувствовала, что она может при поддержке федерального центра, при участии других регионов, концентрируя собственные усилия, делать шаги вперед.
 
— Как складываются отношения с соседями по округу? Ведь одной из программных задач было расширение партнерских связей. Способствуют ли укреплению сотрудничества ваши личные связи с главами соседних регионов?  
— Неестественно, когда главы субъектов даже не разговаривают. А именно так было при прежнем руководстве республики. Поскольку работа ведется на едином экономическом пространстве, мы стремимся укреплять и расширять наши связи с соседями. Конечно, мои давние дружеские отношения с Александром Суриковым, Аманом Тулеевым, Виктором Толоконским, Алексеем Лебедем помогают при заключении договоров между субъектами Федерации. Сначала наше взаимодействие развивалось в сфере взаимной торговли, сотрудничества предприятий. Но что интересно, дальше отношения начали развиваться в области строительства, здравоохранения, культуры. К нам пришли строительные организации из Алтайского края, Кемеровской и Новосибирской областей. Мы дали им крупные подряды. Поскольку свой республиканский стройкомплекс нам еще только предстоит поднимать, помощь соседей оказалась как нельзя кстати. В то же время мы поставили условие: создавайте филиалы здесь, на месте, помогая таким образом развитию Республики Алтай. В результате в прошлом году выполнен большой объем работ по приведению в порядок Чуйского тракта. На Кемерово и Новокузнецк строится федеральная дорога.
 
— В балансе внешней торговли республики в этом году выросла доля торгового оборота с Монголией, Кореей, Гонконгом, Китаем, но сократилась с ближним зарубежьем. Это — позитивный или негативный фактор? Охарактеризуйте ваши отношения с партнерами по СНГ.
— Жизнь идет к тому, что все естественным образом становится на свои места. Больше века Россия ориентируется на расширение взаимоотношений с Монголией. Еще российский император где-то в 1907 г. договорился о том, чтобы построить Чуйский тракт и дорогу до Улан-Батора. К 1922 г., несмотря на Гражданскую и Первую мировую войны, Чуйский тракт был открыт и все время реконструировался. За это столетие он был доведен до состояния великолепной трассы. Но если все годы советской власти существовал огромный торговый оборот с Монголией, то потом он резко сократился. Бесспорно, нужно было восстановить отношения с таким выгодным партнером не только для республики, но и для всей России. В марте прошлого года я посетил Монголию в составе делегации, которую возглавлял Михаил Касьянов. В конце сентября я сам возглавлял делегацию, в задачу которой входило развитие договоренностей, достигнутых премьером российского правительства. Это — соглашения по поставкам мяса, горючего, зерна, стройматериалов. На границе России с Монголией сосредоточены огромные минеральные богатства. Сейчас мы приступили к реализации программы совместного освоения месторождений. Природа так распорядилась, что полезные ископаемые — в частности, огромные запасы серебра — залегают на монгольской территории, а подступиться к ним можно только от нас. Ищем пути привлечения китайской стороны, которой очень удобно через Монголию выйти на контакт с Россией. Для Китая это прямой путь на Запад. В Корею, Гонконг успешно осуществляем поставки пантовой продукции, обороты которой заметно возросли. Но существует проблема ценообразования. Сделки осуществляются через третьи руки. В результате продукция становится дороже, а прибыли поставщик получает меньше, чем мог бы. Поэтому изыскиваем возможность кооперации с Кемеровской областью, чтобы вместе на нашей территории построить предприятие, вырабатывающее пантовую продукцию высокого качества. Дело в том, что мы производим уникальные панты, таких нигде больше нет. Сейчас многие страны научились выращивать панты чуть ли не как мясо на свинофермах — поточным методом. Наши панты добываются в дикой, экологически чистой природе и имеют совершенно другую ценность. Например, пшеницу все производят, а какая-то страна — только твердых сортов, хотя это и называется пшеницей. Так и алтайское пантовое сырье уникально и кроме территории республики нигде больше не добывается.
 
— А как продвигается строительство волластонитовой фабрики?
— Очень высокими темпами. В зимних условиях применяются самые современные строительные технологии. Думаю, к концу года фабрика по производству высококачественного волластонитового концентрата будет полностью возведена и оборудована. Надеюсь, уже в 2004 г. начнем производить продукцию. Со временем будем думать о второй очереди. На наш волластонит очень большой спрос. Запасы большие и качество высочайшее.
 
— Какие направления обширной инвестиционной программы в экономику республики удалось запустить, какие проекты буксуют?
— Крупные инвестиции идут в волластонит, в переработку спекулярита и серебра. Но это большей частью московский капитал. Предприниматели из других регионов — например с Урала — пока к нам не пришли. Во всяком случае, если в 2001 г. москвичи кроме строительства школ деньги больше никуда не вкладывали, то сегодня много вложений по разным коммерческим предложениям. Уже проходит отбор тех инвесторов, которые готовы вложить средства в туристический и оздоровительный бизнес.
Появились желающие вложить деньги в лесоперерабатывающий комплекс. Республика Алтай располагает гигантской расчетной лесосекой. В наших лесных массивах находится 600 млн кубометров готового кедрового и соснового леса. Но использовать их нужно не для вывоза «кругляком», а для глубокой переработки. Конечно, не обязательно их вывозить в виде мебели, но, по крайней мере, до формы готовой деревянной детали, столярного изделия этот лес перерабатывать нужно.
 
— Льготы, предоставляемые в эколого–экономическом районе Алтай, привлекли инвесторов. А каким образом действует механизм привлечения инвестиций после закрытия офшора?
— Преференция, данная налоговым кодексом, распространяется лишь на социальные объекты. С каждым участником бывшей офшорной зоны мы проводим индивидуальную беседу. Тысячи встреч, бесед... Мы стараемся минимизировать потери от закрытия офшора. Для нас это одно из главных направлений. В республике создана специальная структура — Комитет по инвестиционной политике, председателем которого стал Юрий Васильевич Антарадонов — очень уважаемый в Республике Алтай человек. Он был одним из создателей офшорной зоны и многие годы — ее руководителем. Поэтому я попросил Юрия Васильевича помочь. Чтобы занять новую должность, он даже покинул пост сенатора. Удалось неплохо поработать и принять ряд законов, которые переводят сотрудничество с предприятиями в новое правое русло. Предприятия перерегистрируются уже на другой основе. И таких обвальных потерь теперь нет.
 
— Чем был обусловлен выбор вице-президента «ЛУКОЙЛа» Ралифа Сафина в качестве представителя республики в Совете Федерации?
— Когда я сделал предложение Юрию Васильевичу покинуть пост сенатора и возглавить инвестиционный комитет, встал вопрос о выборе человека на место представителя республики в СФ. Я становился на Ралифе Сафине. Мне он показался человеком многоопытным, жизнь которого тесно связана с Башкирией и Татарией. Население их этнически близко алтайцам. Он хорошо знает проблемы республики, великолепно умеет привлекать инвестиции. И, нужно сказать, в этом отношении он преуспел. Сафин привык «выкладываться» в «ЛУКОЙЛе». Там не дойдешь до самого верха служебной лестницы, если не будешь работать. Он и новый стиль внес, и на республику как сенатор в СФ в прямом смысле слова пашет. С его помощью мы уже реализовали ряд серьезных проектов и намерены осуществить еще больше! По многим направлениям он нам помог. Например, нашел источники финансирования программы по лизингу техники: получение крестьянами порядка 50 тракторов, КамАЗов, машин «скорой помощи». Буквально каждую неделю вводим новые объекты, привлекаем ресурсы. Это — десятки, многие десятки миллионов. Часть — безвозмездно, часть — на возвратной основе.
 
— Перед новым годом развернулась активная борьба вокруг руководства Аграрной партии с целью сместить вас с поста председателя. Как вы считаете, пленум поставил точку в этом вопросе, или в этом году политическая интрига продолжится?
— Дело не в моей личной судьбе. Я — основатель крестьянской партии, и не стесняюсь этого слова. Вместе с единомышленниками мне удалось доказать всем, что АПР может быть в России влиятельной партией. В 1999 г. мы четко обозначили, что аграрии — самостоятельная сила. По отдельным вопросам — например земельным — у нас общая позиция с КПРФ. Но когда речь идет о выборах — единого фронта нет. АПР создавалась для защиты интересов крестьян. Пережила и взлеты, и падения. К своему десятилетию мы пришли преобразованной, перерегистрированной политической структурой. А лидером партии я буду до тех пор, пока мне доверяют. Естественно, настанет время, и я уйду на покой. Но сейчас думать об этом рано. Во время броска, который нам предстоит сделать, нельзя менять лидера. Сейчас нужно собрать все силы, укрепить единство. К моменту десятилетия мы стремимся объединиться для будущей предвыборной борьбы. И кто не с нами, кто хочет идти в компартию — пусть идет. Цель Аграрной партии России — создание самостоятельной политической фракции в Госдуме. Аграрная партия для того и существует, чтобы возрождать и защищать деревню. Думаю, в России много людей это понимает. Даже социологи отметили, что потребность в политической организации у крестьян большая. Особенно рейтинг партии начал повышаться, когда меня направили «на передовую», которой можно считать пост губернатора в проблемном, отсталом регионе. Хочу сказать оппонентам: если есть идеи — идите в регионы и там доказывайте, реализуйте их! А не протирайте штаны в Госдуме — на пятачке, где так тесно от претендентов на всевозможные посты.
 
— Значит, в декабре вы поведете партию на выборы в Госдуму?
— Мы — единственная партия, имеющая потенциально высокий рейтинг, чтобы пройти в парламент, сейчас не представлена в Госдуме. Но всем понятно, что если в спокойной обстановке поработать над укреплением партии, можно добиться победы на выборах. Тем более, что сейчас наш рейтинг не ниже, чем, например, у СПС и «Яблока», которые представлены фракциями в Думе. Печально, что среди аграриев начинаются интриги. Хотя на последнем пленуме партии было четко определено, что Аграрная партия пойдет на выборы самостоятельно. Но Российскому Аграрному Движению (РАД), собравшему вокруг себя специфическую часть аграриев, также хочется оказаться в Госдуме. Однако попасть в Думу РАД не сможет, поскольку является не партией, а движением. Это движение по сути дела является государственной структурой от Минсельхоза. А сейчас создать на базе движения партию, с одной стороны, легко, с другой же — очень сложно.
Некоторые принялись такой лозунг развивать: «АПР без Лапшина!». Другие горячие головы требуют: «РАД без Гордеева!». Ну, и началась война... И я с уверенностью могу сказать, что если так будет продолжаться, то ни АПР, ни РАД никуда не попадут. Суть конфликта в том, что сейчас мы отстаиваем свое право быть партией. И считаем недопустимым вмешательство государства в наши дела. Мне нравится такое сравнение. Мужик срубил себе дом. Пока он его рубил, строил — никому не было интересно. А когда срубил, то дом оказался крепкий, надежный, долговечный. И захотелось многим прибрать его к рукам, а мужика — выбросить из дома. Если выразиться помягче, то я — как тот мужик — могу сказать: «Не получится!».
 
  — А почему лидер думских аграриев поддержал министра сельского хозяйства, ведь близкими друзьями их никак не назовешь?
— У Николая Михайловича Харитонова довольно хорошее чутье. Он уже 10 лет в Думе. Но очень опасно для крестьянина надолго отрываться от родной земли. Например, я понял, что так дальше нельзя и надо уходить на передовую. Видимо, Николаю Михайловичу очень хочется остаться в большой политике. И он быстро сообразил, что долгие годы он в Думе находился, скрываясь за спиной или выглядывая из-за затылка Геннадия Андреевича Зюганова. Теперь же видит, что свои проблемы можно решить и за спиной Гордеева. То клялся в верности Зюганову, теперь поддакивает Гордееву. Я могу одно сказать: и у Гордеева, и у Николая Михайловича есть единственный путь — прекратить все эти наезды, наскоки и пахать на общее дело. А дело всем найдется в нашей партии. Надо соединить усилия и победить. Но если будем драться, то никто не победит. Нельзя нам распыляться на дрязги и распри. Нужно на ответственном броске, который завершится 14 декабря 2003 г., собрать все аграрные силы. Я верю в наши твердые шансы на победу.

Справка «Бюджета»

ЛАПШИН Михаил Иванович, председатель Аграрной партии России, глава Республики Алтай, председатель правительства Республики Алтай.
Михаил Лапшин родился 1 сентября 1934 г. в с. Сетовка в Алтайском крае. Окончил МГИМО, Московскую сельскохозяйственную академию им. К.А. Тимирязева и Государственный институт иностранных языков им. М. Тореза, кандидат экономических наук. В 1958 г. назначен главным агрономом Ступинского района Московской области. В 1990 г. был избран народным депутатом РСФСР. В декабре 1993 г. избран депутатом Госдумы РФ от Аграрной партии России. На выборах в 1995 г. АПР не преодолела пятипроцентный барьер. Владеет немецким, а также шведским, датским и норвежским языками. Женат, имеет троих сыновей.

Беседовал Жан Батыров
Журнал «Бюджет» 32 февраль 2003 г.

Поделиться