Версия для печати 2184 Материалы по теме

Туманность Андромеды, рождение сверхновых, межгалактические перелеты – это единственное, о чем думаешь по пути в Федеральное космическое агентство. 45 лет назад, когда первый из людей воочию увидел, что Земля круглая, романтики всего мира меньше всего думали о стоимости такого полета. С тех пор в этом отношении мало что изменилось, но финансирование и учет в сфере космических исследований ведутся вне научно-фантастических мечтаний

– Роскосмос напрямую ассоциируется с чем-то непознанным, звездным. Александр Васильевич, есть ли у вас на балансе какие-нибудь необычные объекты основных средств? – поинтересовалась я у главного бухгалтера Федерального космического агентства А.В. Зеленова.
– У нас на балансе ничего космического, пожалуй, нет – все обычное, земное. Совершенно типичные основные средства для федерального агентства. Но вы затронули одну очень любопытную тему. Согласно Инструкции №70н Министерство финансов обязывает нас с 2006 года ставить на баланс космические объекты.

– Все? Это как?
– В том-то все и дело, что непонятно, что именно подразумевается под этой фразой. На данный момент в России не существует законодательно закрепленного понятия «космический объект». Такое определение есть лишь в международном праве. В широком понимании космическим объектом могут быть как ракета, спутник, космодром, так и астероид, комета и даже Луна.
Более того, отсутствует нормативно-правовая база, регламентирующая порядок учета таких объектов: процедуры постановки на учет, списания, амортизационные нормы и т.д. Непонятен и принцип внесения данных объектов в реестр Росимущества.

– Я недавно узнала, что на Луне в перспективе планируется построить топливно-энергетический комплекс для добычи гелия-3, который намного эффективнее нефти. Но, как известно, практически вся лунная поверхность уже распродана… Инициаторы проекта беспокоятся, что в суды посыплются иски от владельцев лунных участков. Возникает вопрос: если кто-то купил, значит, кто-то и продал, значит, кто-то уже поставил себе на баланс Луну?
– Согласен, что проблема возможных имущественных прав в космическом пространстве приобретает все большую актуальность. Но, насколько я знаю, в соответствии с международным Соглашением о деятельности государств на Луне и других небесных телах естественный спутник Земли и его природные ресурсы признаны общим наследием человечества и не могут быть собственностью какого-либо государства, организации или частных лиц. Скорее всего, продажей участков на Луне занимаются какие-то предприимчивые бизнесмены.

– А много ли у вас подведомственных учреждений?
– После последней реорганизации, которая произошла в 2004 году, Российское авиационно-космического агентство было преобразовано в Федеральное космическое агентство. Таким образом, после отделения блока авиации в ведении Роскосмоса осталось 112 учреждений: 83 из них – Федеральные государственные унитарные предприятия (далее – ФГУПы), 29 – акционерные общества. Бюджетных учреждений в нашем ведении нет. Это избавило нас от многих трудностей и при составлении сводной отчетности, и при организации методологической поддержки.
Роскосмос в соответствии с законодательными нормами является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по обеспечению реализации государственной политики и оказанию государственных услуг в области исследования и использования космического пространства. Деятельность по заключению международных контрактов и договоров, реализации совместных международных проектов в сфере космической деятельности и определяет специфику организации учета Роскосмоса.

– На сегодняшний день в Минфине России ведется дискуссия относительно того, следует ли обязывать государственные унитарные предприятия наряду с общехозяйственным учетом вести бюджетный. Каково ваше мнение по этому поводу?
– Вопрос действительно спорный. Бухгалтерии ФГУПов сильно загружены, они и без того сдают сложную и объемную отчетность. Поэтому я полагаю, что бухгалтерам будет непросто вести учет по двум совершенно разным правилам. Несмотря на то, что ФГУПы не ведут бюджетный учет, им приходится представлять нам значительное количество отчетных данных, заполнять множество статистических форм. Думаю, что с введением бюджетного учета у ФГУПов возникнет необходимость в расширении штата, привлечении дополнительных специалистов. Однако, привлекать какой-то дополнительный ресурс к выполнению этих задач будет не по силам ни самим ФГУПам, ни государству.

– Подведомственные учреждения территориально удалены от столицы. Возникают ли с этим сложности?
– Конечно. Предприятия расположены на всей территории России: от Дальнего Востока до Калининграда, от Крайнего Севера до южных границ. Только перелет от Москвы до Красноярска, к примеру, занимает до девяти часов. В связи с этим возникает немало трудностей со сдачей бухгалтерской и статистической отчетности, сбором информации, подтверждением казначейских форм. Приходится пользоваться более современными средствами связи, но еще не у всех предприятий есть такая возможность.

– Как у вас налажен процесс взаимодействия с органами Федерального казначейства?
– К сожалению, электронный документооборот с казначейством пока не налажен, хотя программа реформирования бюджетного учета это предполагает. Возникающие проблемы при работе с казначейством связаны в основном с чрезмерной занятостью его сотрудников. В связи с этим у бюджетополучателей возникает ряд неудобств. К примеру, сотрудники казначейства, курирующие ведение договорной базы (лимиты, договоры, допсоглашения, акты сверки и т.п.), хранят у себя юридические дела по каждому учреждению с копиями соответствующих документов. При каждом последующем платеже сотрудник должен обратиться к этому делу, сверить лимиты, реквизиты и т.д. Но времени у него нет. Поэтому казначейство требует от учреждений всякий раз представлять оригиналы первичных документов.
Если же один из кураторов заболел, то конкретный человек на замену не назначается – курируемые им учреждения обслуживает свободный куратор. Когда же нет ответственного лица, не с кого и спрашивать за утерянные платежные документы и прочие возникающие казусы. Но все это лишь организационные вопросы. Что касается сдачи отчетности, то здесь особых трудностей нет. Если они и возникают, то решаются в рабочем порядке.

– Как прошла сдача первой годовой отчетности по новому Плану счетов?
– Безусловно, сложности были. Но, на мой взгляд, чтобы их устранить, необходимо, чтобы прошел полный бухгалтерский цикл – финансовый год. Истинный результат преобразований можно будет увидеть только по завершении 2006 года, поскольку в 2005 году учет по новому плану счетов велся не с января (некоторые учреждения перешли на новый План счетов лишь в июле – сентябре). На консультационных семинарах представители Минфина России озвучивали нам, что отчетность за девять месяцев – всего лишь пробный шаг, что она не будет достоверна. Хотя я вообще не представляю, как к бухгалтерскому учету и отчетности можно применить слово «недостоверный».
Необходимо отметить, что трудности возникали не только у федеральных служб и ведомств, готовящих отчеты, но и у самого Минфина. Лично мы столкнулись с тем, что взаимосвязи между рядом показателей, заложенные в отчетных формах, не работают, так как по ним заложен неверный алгоритм либо показатели просто не достоверны.

– Проблема заключается в программном обеспечении?
– Скажем так: и в программном обеспечении тоже. Ведь отчеты собираются не на коленях. Учет усложнился, отчетные формы стали более детальными. Естественно, что учесть все это в программном продукте достаточно сложно. Но более серьезные проблемы возникают из-за недоработок в экономическом наполнении самой Инструкции. Не совсем понятен экономический смысл ряда форм.
К примеру, сейчас мы столкнулись с трудностью учета бюджетных средств, находящихся во временном распоряжении. Их учет никак не ложился на ту отчетность, которую от нас требует Министерство финансов, из-за того, что показатели, в которых учтены данные суммы, не совсем корректно соотносятся с остальными формами.

– Буквально на днях Минюстом России зарегистрирован Приказ № 25н, который утверждает очередную Инструкцию по бюджетному учету. Вы уже ознакомились с этим документом?
– Ознакомился?! (смеется) Это как в анекдоте: «Учитель в школе объясняет новую тему. Раз объяснил – дети не понимают, два – не понимают, на третий – уже сам понял, а они все не понимают!» Так же и с инструкциями.

– Учтен ли в Инструкции № 25н вопрос со средствами во временном распоряжении, который для вас стоит особенно остро?
– Над этим вопросом мы еще работаем с Минфином России. Все это – рабочие моменты, ведь всем понятно, что каждая отрасль имеет свою специфику и учесть все и сразу в одном документе невозможно. Изначально и предполагалось, что этими вопросами будет заниматься особый орган при каждой федеральной службе и ведомстве – Методологический совет, который сможет принять такие внутриведомственные инструкции и положения, которые будут регламентировать вопросы организации учета конкретного ведомства с учетом специфики его деятельности и решаемых задач. Однако, Методсовет может принять такие внутриведомственные инструкции и положения, которые напрямую не будут соответствовать учету.

– Разве методсоветы федеральных структур не обязаны согласовывать принимаемые постановления с Минфином России?
– Конечно, обязаны. Вот этим мы сейчас и занимаемся. Но процесс согласования – непростой и длительный. К примеру, сейчас мы подготовили документ о порядке учета средств во временном распоряжении. По новой Инструкции все средства, поступающие на счета федеральных структур, автоматически признаются доходом. Последующий учет ведется именно исходя из этих соображений. Но Роскосмос является координатором работ при международном сотрудничестве в области космонавтики. Финансирование всех этих проектов проходит через Федеральное космическое агентство. Понятно, что Роскосмос не занимается производством ракет или запуском космонавтов непосредственно на своей территории, а лишь выступает координатором работ. Под каждый проект выделяются определенные средства, а мы производим финансирование и контролируем принятие работ.

– У вас в связи с этим возникают сложности с налогообложением?
– Да. В данном случае встречалось разночтение Налогового кодекса РФ: налоговые органы трактовали его по-своему, мы – по-своему. Все поступающие средства инспекция считала доходом, и требовала уплаты соответствующих налогов. Но в нашем случае эти суммы не могли трактоваться как доход, поскольку являлись средствами иностранных партнеров, направленными на определенные цели. Уплата налогов в данном случае происходила на местах (на предприятиях), где непосредственно выполнялся заказ и осваивались полученные средства. Мы же в данной цепочке являемся лишь «проводником».

– И как разрешилась эта проблема?
– Доказывали свою правоту. В том числе в судах: В том числе в судах: по фактам проведенных проверок налоговых органов, составлялись акты с их трактованием данного положения. Роскосмос защищал в судебных инстанциях и отстоял свою позицию по данному вопросу.

– Александр Васильевич, вы начинали переход на Инструкцию №70н с начала года?
– Начиная с января 2005 года мы пытались вести двойной учет, хотели посмотреть, к чему все это приведет. Но столкнулись с проблемой автоматизации, без которой ведение учета по новой Инструкции было немыслимо.
Как только появлялись новые версии программ, они сразу же апробировались: мы заносили данные, смотрели конечные результаты, сравнивали с тем, что было в учете по прежней Инструкции. Поэтому переход осуществлялся по мере готовности программного продукта. В IV квартале уже полностью работали по новому Плану счетов.

– На ваш взгляд, с какими основными трудностями вы можете столкнуться при переходе на Инструкцию № 25н?
– Заранее сказать сложно. Но по аналогии с Инструкцией № 70н могу сказать, что главным будет психологический фактор: сотрудникам очень сложно усвоить такой большой объем информации в сжатые сроки. Ведь тогда в учете изменились не только номера счетов, но и сами проводки, учет усложнился, утяжелился. Особенно это касается выходных отчетных форм.
Тяжело читать отчет, слабо представляя, какая цифра что означает. Только после того, как пропустишь через себя все нововведения, ты сможешь открыть баланс и объяснить каждую цифру. Думаю, ничего страшного в новых изменениях нет. Все же каким-то образом перешли на Инструкцию № 70н! (смеется) Насколько я знаю, особенных задержек при сдаче годовых отчетов не было. Вопрос лишь в том, насколько они качественны.

– А сколько человек ведут учет российского «космического пространства»?
– В штате отдела бухгалтерского учета всего 10 человек.

– Этого достаточно?
– Конечно, хочется большего. Работы всегда много, все загружены. Тем не менее в отпуск мы тоже ходим. Распределяем обязанности отсутствующих сотрудников на этот период среди других. Все справляются.

– Очень хорошая фраза: «В отпуск мы тоже ходим». Звучит, как: «мы тоже люди». Александр Васильевич, а как вы этих самых людей набираете в штат? Каким принципом руководствуетесь при приеме на работу?
– В отличие от коммерческих структур, куда стараются брать уже готовых бухгалтеров (а лучше готовых управленцев, менеджеров), в бюджетной сфере это невозможно в принципе. Поэтому для меня при приеме на работу главным фактором является желание сотрудника развиваться, обучаться и, как говорится, работать над собой.
Если человек к этому готов, то все остальное – дело наживное. Кроме, пожалуй, коммуникабельности. Случается, что хорошие специалисты не уживаются в коллективе по какой-либо причине. Поэтому личностные качества, особенно контактность, играют важную роль. Работники в одном отделе должны стараться помогать друг другу. Ведь в бюджетной сфере есть такие задачи, которые невозможно решить в одиночку.

– Вы всегда работали в бюджетной сфере?
– Нет, я начинал в коммерческой структуре, в банковской сфере.

– Я интересуюсь потому, что вы затронули тему коммуникабельности, а у многих это понятие никак не вяжется с профессией бухгалтера.
– Видимо, это старые стереотипы, которые уже не соответствуют действительности. Раньше, когда учет велся вручную, когда была масса бумажной работы, была актуальна презрительная фраза из «Служебного романа»: «А идите вы в бухгалтерию!».
В те времена действительно нужно было уходить в бумаги и расчеты с головой, не отвлекаясь на общение, впрочем, и не имея на это времени. На данный момент это уже неактуально.

– Давайте тогда разрушим этот стереотип на вашем примере. Результат одного заграничного исследования показал, что среди бухгалтеров чаще всего встречаются люди, увлекающиеся экстремальными видами спорта. Вы можете себя причислить к их числу?
– Думаю, что результаты этого опроса совершенно не распространяются на Россию. Пока в нашей стране работникам бюджетной сферы государство не обеспечивает зарплату, на которую бухгалтеры могли бы позволить себе такое дорогое удовольствие, как, к примеру, дайвинг или горные лыжи. Лично я ничем экстремальным не занимаюсь. Разве что экстремальное вождение автомобиля по Москве позволяет получить ежедневную порцию адреналина.
К тому же в моей семье недавно произошло пополнение, поэтому кроме работы сейчас может быть только дом и ребенок. Хотя бы поэтому на ближайшие два-три года никаких выездов у меня не планируется.

–Да, это хороший повод, остаться во время отпуска дома! Поздравляю вас! Александр Васильевич, а где вы учились?
– В 90-х годах я проходил обучение в Московской банковской школе при Центральном банке РФ по специальности банковское дело. Затем окончил Всероссийский финансово-экономический институт, а в 2003 году – Московский институт права.

– А почему вы все-таки пришли в бухгалтерию? Все мальчики обычно мечтают быть летчиками, шоферами и космонавтами. А вы избрали совершенно не романтическое занятие. У вас почти как в старой частушке: «думала, летает, прихожу на космодром, а он там… бухгалтер».
– В детстве в разном возрасте мечтаешь о разном. Но серьезно о выборе профессии я задумался только после окончания школы. Хотел работать только в коммерческом банке. Тогда это было интересно и модно. В принципе, я и реализовал свое желание: отучился в банковском вузе и поработал несколько лет по специальности. Это был очень полезный для меня опыт, я многому тогда научился. Там и сформировалось мое отношение к делу, появились здоровый карьеризм, стремление достигнуть большего. Наверное, последнее качество и сыграло главную роль в смене рода деятельности.

Беседу вела корреспондент журнала "Бюджетный учет" И.В. Заховаева


Наше досье

Александр Васильевич ЗЕЛЕНОВ
Родился 15 июля 1977 года (Москва).
В 1996 году с красным дипломом окончил Московскую банковскую школу при Центральном банке Российской Федерации по специализации банковское дело.
С 1996 по 1998 годы реализовывал свою юношескую мечту о работе в коммерческом банке: работал ведущим специалистом Департамента внутреннего контроля банка МЕНАТЕП. Как считает сам, период банковской службы был очень полезным для него опытом. По мнению Александра Васильевича, именно тогда в нем сформировалось отношение к делу, и появились здоровый карьеризм, стремление достигнуть большего.
Наверное, именно последнее качество заставило его в 1998 году получить диплом экономиста по специализации финансы и кредит во Всероссийском заочном финансово-экономическом институте. В том же году он перешел в Федеральное космическое агентство на должность ведущего специалиста.
В 2003 году он снова получает красный диплом в Московском институте права по специальности юриспруденция.
В настоящее время является заместителем начальника Управления обеспечения реализации программ и бухгалтерского учета – главным бухгалтером Роскосмоса.
Женат, воспитывает сына.

Поделиться