Версия для печати 3329 Материалы по теме
Интервью с Сергеем Васильевичем Деминым,  заместителем председателя  Комитета финансов Санкт-Петербурга

демин
— Сергей Васильевич, наверное, Комитет финансов Санкт-Петербурга имеет ряд особенностей в своей работе. В связи с этим можно ли говорить об особом статусе вашего комитета в сфере финансовых органов власти?

—Безусловно, так как Петербург одновременно является городом и субъектом РФ, наш комитет имеет ряд особенностей в силу специфики административного устройства. Это во-первых. Во-вторых, Комитет финансов Санкт-Петербурга во многом выступал в роли пилотного финансового органа, внедряющего идеи, которые применяются сегодня по всей России. Речь идет о вопросах среднесрочного финансового планирования, организации работы казначейства, управлении городским долгом и разработке финансовых нормативов, вошедших в бюджетный кодекс. Большую работу в этом направлении проводил в бытность свою председателем Комитета финансов нынешний министр финансов А.Л. Кудрин и его преемник Артемьев, который в настоящее время руководит антимонопольной службой.  Был сильный творческий коллектив, давший очень много идей, которые распространены в субъектах РФ, а также применены на федеральном уровне. Активная разработка новаторских проектов ведется и сейчас. 
—Комитет существовал как экспериментальная площадка Минфина или разработка пилотных проектов проходила по вашей инициативе?
— В первую очередь это шло от нас. Вызвано это было тем, что в 1994-1995 годах мы попали в очень тяжелое финансовое положение и были вынуждены осуществлять реформы. Мы очень серьезно изучали зарубежный опыт, привлекали иностранных специалистов из Европейского банка реконструкции и развития и Мирового банка. Сейчас Комитет финансов Санкт-Петербурга активно использует передовые идеи по управлению финансами, которые эффективно используются в мире и России. Позже Минфин присвоил нам статус опорного региона по бюджетным реформам. Мы попали в первую семерку регионов, идущих по проекту Минфина и Мирового банка по реформированию региональных финансов. Стали более плотно работать с Министерством финансов, обмениваясь знаниями и опытом с другими регионами, в первую очередь с теми, кто также участвует в этом проекте Минфина и Мирового банка.
—Эта работа отразилась на инвестиционном климате города?
— Конечно. В 1997 году Москва и Санкт-Петербург первыми из регионов РФ вышли на мировой рынок капитала и разместили еврооблигации. Чтобы это сделать, город получил рейтинги мировых агентств, которые, по понятным причинам, в 1997 году получить было очень непросто.
мосты
Этому предшествовал год подготовки — изменение законодательства города и технологии нашей работы. Мы собирали совершенно новую для нас информацию. Благодаря комплексу проведенных мер мы смогли выйти на рынки международного капитала, что позволило нам прорвать монополию нескольких крупных городских банков, осуществлявших кредитование. Так у нас появился практически неограниченный рынок, что резко сократило наши расходы по обслуживанию долга. И вообще позволило выбраться из крайне тяжелой ситуации 1996 года.
 —За прошедшие пять лет Санкт-Петербург очень изменился. Вы видите в этом вклад комитета финансов города?
—Безусловно. Финансовая система — это кровеносная система города. Если она нормально работает, «разгоняет» финансовые потоки, то все секторы города могут нормально развиваться. Хотя я считаю, что существенные изменения произошли в городе за последние четыре года, так как мы до 2003 года только выходили из кризиса. Крайне тяжелым для Санкт-Петербурга был 1996 год, потом 1998 общероссийский. Тогда стояла задача с помощью реформ поддержать ситуацию, поэтому существенный упор был сделан на социальную поддержку. Плюс нам достаточно быстро удавалось увеличивать зарплату бюджетникам. Капитальные расходы, из-за того что средства были ограничены, не так быстро росли, как хотелось бы.  Сейчас в плане на 2004 год мы собираемся существенно увеличить долю капитальных вложений. Сегодня нам удалось вывести текущие расходы на нормальный уровень. Достаточно стабильная ситуация с зарплатами и с социальной поддержкой. Я считаю, что город может ежегодно на 23% наращивать долю капитальных расходов. Это необходимо делать, потому что проблем по городской инфраструктуре накопилось очень много. Мы во многом доедали заделы еще с советских времен и по городскому транспорту, и по инфраструктуре. По дорогам ситуация была чуть лучше последние пять лет, так как удалось выделить достаточно приличные средства. А вот с инфраструктурой, с головными мощностями по водо- и теплоснабжению — самые проблемные вопросы. Поэтому принятый на ближайшие три года финплан, был направлен на резкое увеличение этих расходов.
—Как прошло исполнение бюджета в прошлом году и движется сейчас?
—В прошлом году мы успешно выполнили бюджет, получив более 100% по доходам. Предусмотренные бюджетом расходы были оплачены. Этот год тоже идет успешно. Что показывает недавно принятый закон о корректировке бюджета, по которому мы увеличили доходы этого года на пять миллиардов рублей — почти на 6%. Настолько улучшить оценку по исполнению этого года позволили решения, которые приняло новое городское правительство в начале года.
 —Сейчас активно движется внедрение программы «Электронная Россия». На ваш взгляд, насколько активно движется в плане внедрения новых программных решений для бюджетирования Санкт-Петербург?
—У нас создана автоматизированная система бюджетного процесса, объединяющая примерно полторы тысячи организаций. Я считаю, что без этой системы городские финансы просто не могли бы существовать.  Мы прекрасно помним 1995 — 1996 годы, когда бюджеты делали на бумажках. Сейчас мы сделали настолько огромный шаг вперед, что невозможно представить, как без подобной системы вообще можно работать с городскими финансами. Конечно, на основе этого очень хорошего примера мы надеемся получить очень большую отдачу от программы электронного Петербурга.
нева
Хотя эта программа еще не принята, большие наработки сделаны по системе городского заказа, проведена работа по регистрам населения, в том числе по льготникам, создается городская сеть по обмену данными между комитетами и организациями города. Конечно, оглянувшись на несколько лет назад и представив, что сейчас были бы такие же инструменты, как тогда, понимаешь, что насколько это важно, нужно то, в какой среде мы сейчас работаем.  При этом некоторые наработки по электронному Петербургу, которые приносили разработчики, вызывают вопросы. Я, например, не считаю, что за счет бюджетных средств мы должны поддерживать производство компьютеров и программного обеспечения, и связанные с этим исследования. Нужно четко понимать, что иногда за хорошей идеей могут возникать вопросы, которые должны решаться не за счет бюджета, а за счет частного капитала.
—Ваше отношение к бюджетной реформе?
— Практически все нравится. Однако процесс внедрения реформы затянули, и сейчас практически не оставляют времени субъектам федерации к этому нормально подготовиться. Я имею в виду новую систему бюджетной классификации, систему бюджетного учета и схему работы с федеральным казначейством. Сюда же идут перераспределение расходных полномочий и доходных источников между центром и субъектами федерации, и законодательство, связанное с расходными обязательствами и оплатой труда. Под каждым из этих направлений, как предлагает делать Минфин, я могу подписаться, но если все это вводить с 1 января 2005 года, в первом полугодии следующего года субъекты РФ будут иметь очень большие трудности. Нормативной базы или не будет, или она будет настолько непроработанной, что могут возникнуть проблемы с исполнением бюджета, связанные со всей финансовой ситуацией в регионах.
—Какие наиболее удачные проекты провел комитет финансов Санкт-Петербурга?
— Мы были пионерами в разработке долгосрочного финансового плана, в разработке финансовых нормативов, устойчивости бюджета. Первыми из регионов провели пилотный проект электронного казначейства. Создали чрезвычайно важную вещь — автоматизированную систему электронного бюджетного процесса. В отличие от того, как работают подобные системы в большинстве регионов, наша система захватывает все стадии: финансовый план, проект бюджета, составление росписи, исполнение бюджета, отчет. То есть все этапы бюджетного процесса у нас делаются в одной системе.  Мы создаем возможности для обеспечения информационной открытости бюджетного процесса. Информацию должны получить пользователи практически всего города. Мы хотим сделать прозрачным, открытым процесс формирования и исполнения бюджета. Это интересная перспективная работа, которую в других субъектах я не видел.  Санкт-Петербург был первым из субъектов РФ, начавших работу с долгом. Москва, к примеру, намного позже развернула рынок городских облигаций. И я считаю, что здесь наши специалисты сделали очень большой прорыв.
—Насколько открыт процесс госзакупки?
—Еще при Артемьеве озвучивался тезис о том, что городская госзакупка должна проводиться открыто. Тогда были первые контакты с биржами, но в целом ситуацию нам не удалось сдвинуть. Сейчас в программе реформирования городских закупок стоит развитие электронной торговли. В комитете экономики прорабатываются документы, идет подготовка пилотных вариантов. Поэтому, в русле общей тенденции, КУГИ в прошлом году начал пилотные варианты выставления на электронные торги объектов для сдачи в аренду. То есть проводился конкурс среди тех, кто претендовал на аренду объектов. 
—Как бы вы оценили работу вашего комитета в сравнении с аналогичными структурами западных стран?
 —Мы очень активно обменивались опытом с Хельсинки, плотно работали со Стокгольмом, были контакты с Парижем, с английскими городами. Во многом мы идем, как они, но с отставанием, наверное, лет на десять. Об этом можно уверенно говорить, потому что очень четко видны этапы, которые проходили они и так же проходим мы. Например, недавно Минфин в проекте бюджетной реформы заявил о том, что надо управлять не расходами, а целями, и строить бюджет исходя из целей. Администрации европейских городов разработали сотни показателей, позволяющих определять достижение целей (чего мы пока не проводили), и это позволяет нам более спокойно воспринимать идеи Минфина.
— Конечно, положительно, и не просто как чиновник, а как специалист. Потому что хороший специалист-финансист находится в конкурентной среде. Он может работать с общественными финансами, а может уйти работать в частный бизнес. Поэтому очень сильные разрывы в зарплате будут приводить к тому, что квалифицированные кадры останутся только в одном секторе. По поводу зависимости зарплаты от прибыли города... Здесь много факторов, которые независимы от работы конкретного человека. Это и федеральное законодательство, и мировая конъюнктура. Хотя, в принципе, не только финансистов, а вообще органы управления, наверное, можно держать в определенной процентной доле от бюджета. Я считаю, что это была бы нормальная ситуация. А уже внутри этой доли чиновники должны определять свое количество, распределение средств по тем или иным комитетам. 
—Существуют примеры подобной практики на Западе?
— Многие штаты Америки приняли закон, по которому расходы бюджета не должны расти больше, чем рост валового регионального продукта. Да, действительно, доходы могут увеличиваться еще и за счет каких-то источников, но бюджет все равно увеличивается только на рост ВРП. Это позволяет им здраво мыслить, снимает пики, потому что если однажды резко увеличить расходы, а потом сократить, становится намного сложнее работать. Зарубежный опыт вещь очень интересная, и его стоит использовать.
—В общественном представлении чиновник, грубо говоря, человек малоинициативный, имеющий ограниченный круг интересов, в то же время есть масса примеров, когда такой взгляд в корне неверен. В вашем понимании что представляет собой государственный служащий? Каким он должен быть в идеале? 
— Неверное такое представление о чиновнике, я думаю, складывается потому, что обычно его не видят, а видят только бумаги, которые от него получают. Стоит четко понимать, что чиновник, в отличие от бизнесмена, ограничен очень большим количеством условий, нормативных актов. Если бизнесмен может принять самостоятельное решение, то чиновник по многим вопросам часто может сказать — я не могу, у меня есть инструкции или закон. Эти люди поставлены управлять чужими деньгами, и поэтому очень ограничены в своей деятельности. В идеале, я считаю, очень важно, попав на госслужбу, не забыть, что работаешь для людей, а не на абстрактное государство. Все время обращать внимание на их проблемы, боль, просчитывать последствия, которые могут принести административные действия.
львы
И конечно, не забывать, что когда ты занимаешь более-менее значительный госпост, не стоит соединять в своем сознании то, как к тебе относятся в плане личных отношений и как к занимающему этот пост. То, что к человеку относятся как к представителю определенного кресла, как правило, не относится к его личным качествам. Когда человек этого не понимает и вдруг лишается своего кресла, это бывает очень болезненно. К тому же это очень мешает работе.  
—Ваши личные увлечения?
—Люблю хотя бы на несколько дней уехать из города в отпуск и посмотреть новое место. Из увлечений остались книги, футбол. Есть небольшой узкий круг друзей, с ними, если удается, рад встречаться. Экзотического хобби нет.
 —Чего бы вы хотели добиться по работе? Сказать «я могу гордиться, что это сделал»?
—Если мне удастся хотя бы на 80% реализовать в городе идеи бюджетной реформы, которые сейчас озвучены Минфином, — крайне важные и полезные, но сложные для исполнения по всем и теоретическим, и организационным, и политическим даже критериям, — то, полагаю, я бы считал это время очень успешным периодом своей жизни. 
 
Беседовал  Дмитрий КОЖЕВНИКОВ
Журнал «Бюджет» №9 сентябрь 2004 г.

Поделиться