Версия для печати 2285 Материалы по теме
О ходе пенсионной реформы и совершенствовании налогового законодательства обозревателю журнала «Бюджет» рассказывает заместитель председателя Комитета по бюджету и налогам Госдумы РФ Оксана Дмитриева

— Какие наиболее важные законы по пенсионной реформе были приняты в течение весенней сессии, какие законопроекты еще предстоит принять?
— Закон об инвестировании средств накопительной части пенсии был принят в ходе весенней сессии. Но есть еще ряд важнейших законопроектов, которые следовало бы принять для совершенствования российской пенсионной системы. Например, принятие закона о восстановлении так называемых «нестраховых периодов» в трудовом стаже необходимо для восстановления социальной справедливости. Эти периоды трудового стажа были отобраны у людей задним числом. Законопроект о восстановлении нестраховых периодов в трудовом стаже Госдума принимала уже несколько раз, но потом наталкивалась либо на вето Совета Федерации, либо на вето президента. Последний раз Совет Федерации наложил вето на закон после согласования всех спорных вопросов в Согласительной комиссии, которое Госдума не преодолела. Но этот вопрос все равно придется решать — если не в весеннюю, то в осеннюю сессию.
В этом году не удалось принять законопроект, внесенный мною, Александром Белоусовым и рядом других депутатов. Суть его в том, чтобы изменить размер коэффициента, который ограничивает учет заработка трудящихся. Сейчас этот коэффициент составляет 1,2. Мы предлагали постепенно увеличить его до 2, что отражает интересы большинства пенсионеров. Это очень важно, поскольку увеличение коэффициента обеспечивает большую связь размера пенсий с заработной платой, получаемой в период работы. Есть еще много законопроектов, направленных на исправление системы пенсионного обеспечения. Но их принятие зачастую наталкивается на противодействие со стороны исполнительной власти.
 
— В какой степени выплата пенсий зависит от федерального центра, а в какой от регионов?
— Все затраты на пенсионные выплаты полностью осуществляются из бюджета Пенсионного фонда. Выплата социальных пенсий, пенсий военнослужащим, а также некоторые надбавки в соответствии с законом «О государственном пенсионном обеспечении» осуществляется из средств федерального бюджета. В некоторых субъектах РФ существуют доплаты пенсионерам из региональных бюджетов. Однако надбавки пенсионерам выплачивают далеко не все регионы. Например, в Москве это делают, а в Санкт-Петербурге — нет.
 
— Укрупнение негосударственных пенсионных фондов — это тенденция? Или они смогут принять участие в конкурсе на право управления средствами обязательного пенсионного страхования?
— Это требование было введено в закон для того, чтобы пенсионные фонды могли участвовать в управлении средствами накопительной части пенсии. Предполагается, что крупный пенсионный фонд более устойчив, его легче контролировать. С этим я согласна. Однако распространение данного требования на все негосударственные пенсионные фонды вряд ли было оправданно. Многие некрупные пенсионные фонды это заставило перерегистрироваться и слиться. На мой взгляд, надо было ввести ограничения по объему лишь для тех фондов, которые будут участвовать в обязательных пенсионных накоплениях.
 
— Доступ к обязательному пенсионному страхованию они получают с 1 января 2004 года. Это регулируется каким-то подзаконным актом?
— Нет, это предусмотрено в законе об обязательном пенсионном страховании. Я предполагаю, что доступ к управлению государственными пенсионными накоплениями реально смогут получить не более 20 крупных негосударственных пенсионных фондов. Все они преимущественно имеют корпоративный характер и созданы при РАО ЕЭС, при Лукойле, при Газпроме. Надо сказать, что при тех условиях, в которые были поставлены негосударственные пенсионные фонды, выжить (да и, вообще, прожить) они могли только при поддержке материнской компании, при поддержке корпорации. С самого начала не было соответствующей рекламы негосударственных пенсионных фондов, не было системы льготного налогообложения их деятельности. Вместо того чтобы дать простор добровольным и частным накопительным взносам, всех убеждали в течение двух лет, что государство все сделает само. Мол, несите все деньги государству, и оно все накопит. При этом государству никто особенно не верит. В то же время склонность заключать договоры негосударственного пенсионного обеспечения у широкого круга людей это отбило. Был создан неблагоприятный климат для развития негосударственного пенсионного обеспечения. Психологические ожидания населения пытались связывать с государством, и это не привело к успеху. В целом концепция пенсионной реформы неправильная, идет движение не в ту сторону. Нужно было совершенствовать, отлаживать и повышать КПД государственной обязательной системы пенсионного обеспечения, основанной на «договоре поколений», и вместе с тем дать простор развитию негосударственных пенсионных фондов как необязательной и дополнительной форме накопления средств на старость.
 
— А почему в Чили, например, при переходе с распределительной пенсионной системы на накопительную систему большая часть пенсионеров попросту вымерла?
— До реформы в Чили не было национальной пенсионной системы. Существовали отдельные корпоративные системы: для государственных служащих, например, военных. Основная часть населения не была охвачена системой пенсионного обеспечения. Поэтому при создании накопительной пенсионной системы обеспечивалось очень низкое замещение пенсией утраченного заработка — 10–15%, максимум 20% от средней заработной платы. Но и это для Чили неплохо. Граждане могли долго ждать, пока произойдут пенсионные накопления, потому что до этого никакой государственной системы обеспечения не было как таковой.
 
— Сейчас много споров идет вокруг предстоящего конкурса на организацию спецдепозитария для хранения средств ПФ. Утверждают, что участие в конкурсе Сбербанка и Внешторгбанка фактически закроет путь другим банкам. Так ли это?
— При порочности концепции пенсионной реформы процедура определения спецдепозитария имеет третьестепенное значение. Допустим, вы построили самолет или вертолет, который не летает и никогда летать не будет. А вы начинаете обсуждать, куда винтик в нем вкрутить: туда или сюда? То же самое с пенсионными накоплениями. Я считаю, что заместитель министра финансов Белла Златкис на этот вопрос ответила честно: какая разница, куда будут помещены пенсионные деньги, если существует всего два финансовых института — либо государственные ценные бумаги в валюте, либо государственные ценные бумаги в рублях. Какой из банковских спецдепозитариев выбрать, сейчас не имеет никакого значения. Это не тот вопрос, который заслуживает обсуждения.
Обсуждения заслуживает другая проблема: нынешнее направление пенсионной реформы противоречит проведению налоговой реформы, а именно курсу на снижение единого социального налога. Как бы не называть единый социальный налог — обязательный платеж, страховой взнос — предприниматели все равно воспринимают его как налог на заработную плату. Из этого налога лишь часть идет на выплату пенсий нынешним пенсионерам. Часть средств поступает в накопительные фонды. Кроме того, появляется еще и желание снизить этот налог. Получается, что из меньшего налога мы должны выплатить пенсию ныне живущим пенсионерам и накопить будущим. Это же невозможно без фактического сокращения выплат пенсионерам. Боливар уже сейчас не выдерживает двоих, а должен выдержать троих.
 
— И какой выход из этой ситуации?
— Переход от распределительной солидарной системы пенсионного обеспечения к накопительной затруднен из-за эффекта двойного бремени. Этот вопрос на Западе обсуждается много лет, но пока никто не решился осуществить этот переход. Потому что только самоубийца сможет решиться в течение 30–40 лет либо навязывать двойное налоговое бремя для экономики, либо сокращать относительный размер социальных выплат. Что у нас сейчас и происходит. Самые старые люди на сегодня, кто охвачен накопительной системой, — это сорокалетние. К тому моменту, как они выйдут на пенсию, они будут копить 10 и более лет. У них доля накопительной части пенсии в общей сумме трудовой пенсии составит не более 3%. А у самых молодых, которые только начинают работать, эта доля достигнет 30%. А вся остальная пенсия все равно будет выплачиваться на основе договора поколений. Даже за 30 лет мы не сможем перейти к полностью накопительной пенсионной системе. Вы представляете, какие возникнут экономические риски за эти 30 лет.
 
— Почему так часто критикуют работу Пенсионного фонда? Есть ли весомые основания сомневаться в эффективности его работы?
— Сейчас у нас пенсия составляет 30% от средней заработной платы. Работающих у нас в 1,7–1,8 раза больше, чем пенсионеров. По всем показателям пенсия должна составлять 50–55% от средней заработной платы. Разница в 20% — это утечки из Пенсионного фонда: накопление необоснованных резервов, огромные собственные расходы, непрофильные виды деятельности. При высоком тарифе — 28% — уровень пенсионного обеспечения не превышает 30% от средней заработной платы. В Германии ставка тарифа 18%, а уровень пенсий составляет 55% от средней заработной платы. В США — тариф 12%, а они приближаются к 40% пенсионных выплат от средней заработной платы. Вот эффективность работы зарубежных пенсионных фондов! Сейчас нужно заново обдумывать концепцию реформы и отказываться от ошибочного пути.
Государственные ценные бумаги — самая большая «головная боль» Минфина, который, выпуская эти ценные бумаги, вынужден наращивать дефицит бюджета. Государство само их выпускает, само покупает. С одной стороны, необходимо снижать расходы на обслуживание внешнего и внутреннего долга, с другой — нужно обеспечить высокие проценты по пенсионным деньгам.  
Следовательно, будущее поколение пенсионеров, как и сейчас, все равно будет зависеть от доходов работающих людей, а не от тех средств, которые люди накопят к моменту выхода на заслуженный отдых. Накопления Пенсионного фонда сейчас аккумулируются в ценных бумагах государства. И расплачиваться по этим ценным бумагам государство будет из налогов, которые заплатят будущие поколения. Следовательно, пока у нас фактически остается солидарная система пенсионного обеспечения. Тот же «договор поколений», только окольным путем.
 
— Недавно назначен глава инспекции пенсионных фондов Вячеслав Батаев. Некоторые связывают его назначение с ужесточением политики государственного контроля над деятельностью НПФ. А как вы считаете, существует ли необходимость в таком ужесточении?
— Я не вижу проблем с негосударственными пенсионными фондами. Практически не было случаев недобросовестного отношения к вкладчикам негосударственных пенсионных фондов. Никаких финансовых пирамид НПФ не строили. Другое дело, что фондам еще предстоит создавать инфраструктуру рынка. Поэтому НПФ больше нуждаются в государственной поддержке, чем в усилении администрирования. Между фондами и инспекцией всегда было меньше разногласий, чем в других сферах деятельности между основными рыночными игроками и контролирующими организациями.
 
— С назначением Галины Кареловой вице-премьером правительства многие связывают большие надежды. А как вы восприняли ее назначение?
— Я считаю, что это значительное усиление социального блока в правительстве. Это, может быть, даже лучшее назначение за последние годы. Галина Карелова профессионал, добившийся очень хороших результатов по своему направлению. Редко кто из чиновников крупного ранга может предъявить конкретные положительные итоги лично своей деятельности на государственном посту. А Кареловой была отлажена система социальных детских программ, программ для детей-инвалидов, развита сеть социального обслуживания: психоневрологические интернаты, дома престарелых, дома дневного пребывания для пожилых людей, приюты для детей. Ведь в остальном в социальной сфере особенно похвастаться нечем. Зарплата бюджетников достигла рекордно низкого уровня, реформа образования также вызывает большие нарекания со стороны населения. Галина Карелова обладает прекрасными политическими качествами, она была и членом Совета Федерации, и депутатом Госдумы. И главное, для работы в социальной сфере помимо профессионализма и оргспособностей нужно еще иметь сердце. Надо уметь сопереживать людям, желать что-то реальное сделать для них. У Кареловой все это присутствует. Другое дело, что не все в ее власти, но все, что сможет, она сделает.
 
— После февральского повышения пенсий прибавка составила 31 рубль, и многие пенсионеры отослали эти деньги почтовым переводом президенту РФ. А какие прибавки к пенсии еще намечены в этом году?
— С 1 апреля пенсия увеличилась на 12%. В августе произойдет новая индексация базовой части пенсии. Это заложено в бюджете Пенсионного фонда. Мы предлагали и правительству, и руководству Пенсионного фонда провести существенно большую индексацию пенсионных выплат. Такое повышение пенсий можно было бы реально провести, ведь остатки на счету Пенсионного фонда на 1 января 2003 года составляли 126 млрд рублей. И, кроме того, на мой взгляд, ПФ как минимум на 50 млрд рублей занижает доходную базу своего бюджета. Например, ПФ планирует поступление отчислений от социального налога в размере 11%, а повышение заработной платы должно составить 19%. Специалисты ПФ объясняют, что это результат регрессии. Хотя весь предыдущий опыт, данные года, показывают, что когда работала регрессивная шкала налогообложения, социальный налог рос даже быстрее, чем фонд оплаты труда.
 
 — Как в послании президента Федеральному собранию затронут вопрос социальных реформ? Какова ваша оценка обращения главы государства к парламентариям?
— В послании президента социальные вопросы были затронуты вскользь. По пенсионной реформе было сказано, что мы только приступили к ней. Все остальные аспекты не рассматривались подробно, кроме вопроса об обязательном медицинском страховании. Я считаю, что в послании президента есть существенные противоречия. С одной стороны, констатация благополучной экономической ситуации: и Центральным Банком, и правительством накоплены большие финансовые резервы. А с другой стороны, подчеркивается, что у нас накопились долги по социальным обязательствам. Конечно, очень легко людям ничего не обещать, даже когда есть реальная возможность что-то сделать. В этом я не согласна с президентом. На рассмотрении Государственной Думы находится несколько законопроектов по восстановлению социальной справедливости в отношении отдельных категорий населения. Эти вопросы и нужно, и можно решать. Люди же понимают, что сейчас благоприятная конъюнктура цен на нефть, финансовые резервы страны растут. Сейчас как раз тот момент, когда нужно отдавать долги, улучшить положение тех, кто живет за счет бюджета.

Справка «Бюджета»
ДМИТРИЕВА Оксана Генриховна родилась в Ленинграде. В 1980 г. окончила Ленинградский финансово-экономический институт (ЛФЭИ) по специальности «экономист», доктор экономических наук.
С 1980 по1991 гг. — сотрудник проблемной лаборатории региональных экономических исследований ЛФЭИ.
В 1991 по 1993 гг. — заведующая лабораторией региональной диагностики Санкт-Петербургского университета экономики и финансов.
В 1993 г. — избрана депутатом Госдумы РФ первого созыва.
В 1995 г. — избрана депутатом Госдумы второго созыва.
В 1998 г. — министр труда и социального развития РФ
В 1999 г. — избрана депутатом Госдумы РФ третьего созыва.
С 2000 г. — заместитель председателя Комитета Госдумы по бюджету и налогам.
Замужем, имеет сына.

Беседовал Айдар Кожахметов
Журнал «Бюджет» №6 июнь 2003 г.

Поделиться