Версия для печати 3539 Материалы по теме
В Федеральном казначействе подвели итоги Всероссийского конкурса на лучшую публикацию 
Лидия ШУБИНА, начальник отдела внешних связей и взаимодействия со СМИ Федерального казначейства 

В 2007 г. Казначейство России отмечает юбилей – 15 лет с момента возрождения казначейской системы исполнения бюджетов в Российской Федерации. Мы рассматриваем данный юбилей как хороший информационный повод для привлечения внимания общественности к деятельности органов Федерального казначейства. Открытость всех этапов бюджетного процесса повышает степень его прозрачности и создает предпосылки для достижения необходимого уровня общественного контроля деятельности соответствующих органов власти, применяемого во всех развитых странах.

В Федеральном казначействе большое внимание уделяется различным методам и технологиям, способствующим повышению информационной открытости: создан единый интернет-портал сайтов органов Федерального казначейства (www.roskazna.ru), регулярно проводятся интернет-конференции, открыты постоянные рубрики в ведомственных журналах и газетах.

В сентябре текущего года мы провели среди территориальных органов Всероссийский конкурс на лучшую публикацию в СМИ о деятельности Федерального казначейства. Целью конкурса стало информирование общественности о роли Казначейства России в становлении и развитии бюджетной системы государства, привлечение сотрудников органов Федерального казначейства к освещению в средствах массовой информации деятельности ведомства в связи с 15-летием с момента его возрождения.

Конкурс проводился в два этапа. На первом, региональном, окружными конкурсными комиссиями были отобраны 22 работы из более чем 600. На втором, федеральном, этапе были названы победители, в число которых вошли всего девять работ. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию статью, занявшую на Всероссийском конкурсе первое место.


Усть-Сысольское уездное казначейство 100 лет назад
Игорь Осипов
Иван Колегов


Игорь Осипов,
 начальник отдела юридической и кадровой работы

УФК по Республике Коми

Иван Колегов,
 главный специалист – эксперт отдела юридической

и кадровой работы УФК
по Республике Коми

Учреждения финансовой системы являются одной из основных составляющих экономической сферы общества и неотъемлемой частью системы государственного управления и регулирования. В числе важнейших структур финансовой системы России была и остается казначейская служба.

Российское казначейство имеет долгую историю становления. Как и другие институты государственной власти и управления, казначейская служба претерпевала неоднократные перемены в разные периоды. Некогда фактически прекратившая свое существование, система органов казначейства вновь была восстановлена в конце прошлого столетия. Сегодня, в преддверии празднования 15-летия возрождения Казначейства России, представляется интересным обратиться к некоторым страницам из истории данного финансового института.

В результате реформ начала 1860-х гг. структура и функции финансовой системы Коми края подверглись определенным изменениям. Произошедшие экономические перемены – установление единства касс в 1863 г. и упрочение места казначейства, которое в полном объеме стало вести бухгалтерию по государственным доходам и расходам, – повысили роль местных казначейств в механизме государственной власти.

В начале XX в. значение казначейства еще более усиливается в связи с ростом доходов и расходов государства и усложнением финансовой системы. К 1900 г. в России насчитывалось 728 казначейств. Все они состояли в ведомстве Департамента государственного казначейства и подчинялись соответствующим казенным палатам. Последние сами по себе никаких доходов не собирали и денежных средств не хранили, а лишь осуществляли надзор и контроль за деятельностью казначейств. Личный состав казначейств определялся особыми штатами и распоряжениями министра финансов.

Безусловно, проследить всю историю казначейской службы России в рамках данного обзора не представляется возможным, это предмет специального исследования. Но мы можем обратиться к истории своего ведомства – уездного казначейства города Усть-Сысольска* начала XX в.

* Усть-Сысольск (ныне Сыктывкар – столица Республики Коми) – центр Усть-Сысольского уезда, одного из уездов Коми края. Казначейство в Усть-Сысольске было создано в 1780 г., в год наделения Усть-Сысольска статусом города.

Ничто так не способствует пониманию неразрывной связи поколений, преемственности госучреждений, как сравнение того, что есть сейчас и что было. Придумали ли мы, нынешнее поколение, что-нибудь новое? Используем ли наработки наших предшественников? В истории Усть-Сысольского уездного казначейства наибольший интерес для нас представляли служащие. Кто работал в учреждении, кем были люди, ведавшие финансами города и уезда?
 
Для поиска ответов на эти и другие вопросы мы отправились в Национальный архив Республики Коми, где находится более 2 тыс. единиц хранения, объединенных в фонд «Усть-Сысольское уездное казначейство». В числе источников, содержащихся в архивном фонде, значатся сведения о числе штатных и вольнонаемных служащих, списки личного состава Усть-Сысольского казначейства, сведения о семейном и имущественном положении служащих и т.д. Наиболее ценным и интересным материалом для освещения нашей темы являются формулярные списки, в которых содержатся данные о чиновниках, в частности имя служащего, возраст, происхождение и вероисповедание, семейное положение, чин и должность, образование и этапы продвижения по службе, взыскания и награды. Формулярные списки в то время (до 1917 г.) были своего рода анкетой, личным делом служащего. Такой документ, составляемый на каждого работника, был обязателен при поступлении на службу, переводе или увольнении.

Согласно формулярным спискам большинство служащих казначейства происходило из мещан, многие были выходцами из семей военных или священнослужителей. А вот служащих-дворян оказалось немного, и все они занимали высшие должности в Усть-Сысольском казначействе.

Информация об образовательном уровне чиновников казначейства нас удивила: здесь не было ни одного служащего с финансовым, экономическим или другим близким по профилю образованием. Ни одного! Большая часть сотрудников прошла обучение в училищах, прежде всего в Усть-Сысольском уездном училище, другие были выпускниками духовных учебных заведений: церковно-приходских школ, духовных училищ и семинарий. Высшее образование имел только один казначейский служащий – бухгалтер 1-го разряда Николай Анатольевич Наместников, окончивший Императорский Гатчинский Николаевский сиротский институт. Первая и единственная служащая Усть-Сысольского уездного казначейства Сусанна Федоровна Надеждина обучалась в Усть-Сысольской женской гимназии.

Информация о доходах чиновников содержалась преимущественно в служебных характеристиках, именных и формулярных списках и требовательных ведомостях. С точки зрения доходов служащих весьма показательным был 1913 г.: это год высшего развития капитализма в России, год роста экономики; в этот период жалованье штатных сотрудников казначейства было увеличено на 12,5%.

Следует отметить, что доходы штатных сотрудников резко отличались от доходов служащих низшего ранга (канцелярских служителей) и вольнонаемных (присяжных). Например, высшее должностное лицо-казначей после повышения жалованья в 1913 г. имел годовой доход 1 742,4 руб., получаемый в виде трех выплат: собственно жалованья, столовых и квартирных денег. Годовой доход старшего бухгалтера (второе лицо в уездном казначействе) составлял 499,2 руб. жалованья, столько же столовых и 260 руб. квартирных. Канцелярские служители (писцы, вольнонаемные писцы) получали только ежемесячное жалованье, без квартирных и столовых. Присяжные казначейства – низшие служители по найму – довольствовались 264 руб. в год (240 руб. жалованья и 24 руб. квартирных), причем их заработная плата в 1913 г. повышена не была. Однако канцелярские служители и присяжные получали добавочное содержание, которое зависело от стажа работы в учреждении, своего рода надбавку за стаж. Максимальная надбавка за 15 лет службы составляла 20% от жалованья. Так, при окладе присяжного в 240 руб. надбавка за 15 лет стажа составляла 60 руб. в год, за 10 лет – 40 руб., за 5 лет – 20 руб.

Нередко чиновники казначейства помимо гарантированного жалованья с надбавками получали дополнительное вознаграждение – материальную помощь. Например, в декабре 1913 г. основному составу служащих было выплачено в среднем по 32 руб., канцелярским служителям – по 9 руб.; заболевшему канцелярскому служителю М. Сорвачеву было выделено 30 руб. на лечение. Чтобы оценить материальное положение казначеев начала ХХ в., конечно, следует знать масштаб цен того времени. Например, корова до первой мировой войны стоила около 3 руб. Выходит, что Сорвачеву для выздоровления выделили средства, вполне достаточные для приобретения небольшого стада буренок!

Разумеется, уездное казначейство, как и любое учреждение того времени, финансировалось по смете. Оказывается, и в те времена существовал дефицит выделяемых на хозяйственные расходы средств. В этой связи небезынтересна переписка 1913 г.: Вологодская казенная палата просила «подведомственные уездные казначейства [сообщить] сведения о долгах, с подразделением их по роду расходов (на канцелярские принадлежности, типографские расходы, на отопление, освещение и т.п.) с объяснением, относятся ли неоплаченные счета к требованиям поставщиков к потребностям только 1913 г. или предыдущих лет». В ответе Усть-Сысольского уездного казначейства сказано: «По итогам 1913 г. казначейством не уплачены за дрова купцу...

(фамилия неразборчива) 110 руб.; в лавку потребительского общества за канцелярские и осветительные материалы 47 руб. 79 коп.». Долг казначейства за канцелярские материалы сложился ввиду недостаточности поступавших сумм и переходил из года в год.

Поступить на службу в Усть-Сысольское казначейство было довольно сложно. Во-первых, штат был небольшим: например, в 1913 г. численность служащих казначейства (штатных и вольнонаемных) составляла 18 человек. Увольнения были чрезвычайно редки. Многие служащие оставались на своих рабочих местах пожизненно и на пенсию не выходили. Законодательством предельный возраст пребывания на службе предусмотрен не был. Поэтому при появлении открытой вакансии проводился настоящий конкурсный отбор. Согласно ст. 407 разд. 1 Свода уставов о службе гражданской «начальство должно стараться о замещении подведомственных им должностей людьми достойными и способными; удостовериться в поведении и рачении его при исправлении прежней должности, дабы тем основательныя можно было заключить о способности его к занятию новага места».

К примеру, когда в 1909 г. в Усть-Сысольском казначействе образовалась вакансия присяжного, между уездным казначейством и Вологодской казенной палатой (все кадровые вопросы решались в вышестоящем органе) началась активная переписка, касающаяся претендентов. Сохранилось письмо – уведомление из Управления Усть-Сысольского уездного воинского начальника от 22 июня 1909 г. в ответ на запрос казначейства о том, что в его ведомстве раненого и не пригодного для воинской службы и могущего занять должность присяжного в казначействе не имеется. В этой же переписке обнаружилась «нижайшая просьба» урядника из села Усть-Кулом о рассмотрении его кандидатуры на должность присяжного (ответ на его просьбу, к сожалению, в архиве не сохранился). 27 июня 1909 г. в Вологодскую казенную палату направлено представление на рядового Николая Титова, где указывалось его образование, семейное положение, сообщалось, что он женат на двоюродной сестре Сорвачева, казначейского служителя, но что это родство в работе не помешает. Однако Вологодская казенная палата письмом от 13 июля отказала Титову в принятии на работу из-за родства с Сорвачевым. Тогда Усть-Сысольское казначейство направило новое представление о принятии на службу рядового Константина Фролова, где отдельно оговаривалось, что ни с кем из служащих казначейства он в родстве не состоит. Решением Вологодской казенной палаты Фролов с 22 августа определен присяжным Усть-Сысольского уездного казначейства.

При вступлении в должность будущий чиновник приносил устное клятвенное обещание с одновременным подписанием печатного листа о верном и нелицемерном служении Его Императорскому Величеству. Клятва давалась в храме, с целованием креста, при свидетелях. К присяге приводил священнослужитель, он же скреплял текст храмовой печатью. В архиве сохранилось клятвенное обещание новоиспеченного присяжного К. Фролова, подписанное собственноручно в присутствии бухгалтера 1-го разряда Н. Попова.

Надо отметить, что содержание клятвенного обещания оставалось неизменным с XVIII в., менялось лишь имя самодержца. В начале XIX в. текст торжественной присяги был узаконен монаршим повелением и вошел в состав гражданского Устава (ст. 159). Поколение за поколением российские чиновники клялись «не щадя живота своего до последней капли крови» служить и повиноваться императору и его законному наследнику, «отвращать и недопущать тщатися» вред и убыток государевым интересам, «по совести своей исправлять» определяемые инструкции, регламенты и указы и не поступать «для своей корысти, свойства, дружбы и вражды противно должности своей и присяги». В трех предложениях присяги содержалась квинтэссенция государевой службы.

И главным мерилом здесь была совесть и страх перед Божьим судом.

После восстания декабристов в 1825 г. к присяге добавился еще один документ – подписка о непричастности к масонским ложам и иным тайным обществам, которую давали все чиновники.

Следует отметить, что местных кандидатов принимали лишь на низшие должности – писцов, присяжных, канцелярских служителей. А штатные вакансии бухгалтеров и кассиров заполнялись путем перевода (перемещения) сотрудников из других подведомственных Вологодской казенной палате уездных казначейств. Так, в 1912 г. некий Мозговиков был переведен из Кадниковского уездного казначейства и назначен бухгалтером 2-го разряда Усть-Сысольского казначейства. Канцелярский чиновник Тотемского уездного казначейства Малевинский также переведен и назначен бухгалтером 2-го разряда. Интересно, что в найденных документах нет и намека на добровольность такого перевода. Хотя, если учесть, какие приличные денежные средства штатные служащие получали в виде квартирных выплат, согласие работника на перевод, наверное, действительно было лишним. На такие деньги можно было обустроиться вместе с семьей в любом уголке Российской империи.

Отпуска предоставлялись только на основании прошения и не носили, как сейчас, обязательного ежегодного характера с заранее утвержденным графиком. В своем прошении, направляемом в Вологодскую казенную палату, служащий казначейства указывал причину отпуска, например выезд на лечение, семейные обстоятельства. Отпуск предоставлялся в среднем на один-два месяца и всегда был связан с выездом из города. Отсутствие служащего более четырех месяцев категорически запрещалось. Чиновник, по каким-либо причинам не приступивший через четыре месяца к своим обязанностям, обязан был уволиться со службы.

В 1912 г., сославшись на болезнь, увольняется в отпуск (в то время использовалась именно такая формулировка) бухгалтер 1-го разряда А. Богданов. Затем он дважды продлевает свой отпуск, перекрывая срок в четыре месяца, и, находясь в Грязовце, сообщает в местное казначейство, что болен, что, мол, его кто-то преследует, и он-де не может выполнять свои обязанности. Для проверки состояния Богданова из Усть-Сысольска выезжает целая врачебная комиссия. В архиве сохранился интереснейший документ – акт врачебной экспертизы. Проводившие освидетельствование врачи пришли к выводу, что сотрудник болен душевной болезнью – манией преследования. Чиновника увольняют по болезни с выплатой денежного содержания в течение года. Через год Богданов пытался восстановиться, но не смог и вышел на пенсию.

Вообще по действовавшему тогда законодательству опоздавшим или отлучившимся без дозволения начальства грозили серьезные кары. Например, в соответствии с разд. 4 Свода уставов о службе гражданской канцелярских служителей, не имеющих классных чинов, за отлучку более суток предписывалось «держать в канцеляриях под караулом безвыходно вдвое против того, сколько кто пробыл в отлучке. А за пребывание в отлучке в третий раз более семи дней отрешать от службы и впредь никуда не определять».

Очень интересно и на современный взгляд необычно выглядит разрешение на вступление служащих казначейства в брак. В архиве сохранился документ о вступлении коллежского регистратора А. Попова в брак с М. Нечаевой. В свидетельстве Вологодской казенной палаты указано, что препятствий к женитьбе на Нечаевой у чиновника не имеется, однако после свадьбы в Вологодскую казенную палату требуется направить выписку о бракосочетании и метрику невесты. В соответствии с действовавшим законом супруга чиновника имела те же права, что и ее супруг по должности, и, видимо, такой контроль был оправдан.

Мы заново открыли для себя смысл и значение такого атрибута гражданской службы, как классный чин. Так, в соответствии со ст. 249 Устава о гражданской службе «чины составляют награду за подвиги и отличия, оказанные в службе». Из этого, конечно, вовсе не следует, что для получения очередного чина нашим предшественникам приходилось «сгорать» на работе. Нет, все было так же, как и сейчас. Требования к уровню подготовки, знаний и умений и процедура получения чина в принципе не изменились. Со временем, при условии безупречного радения в должности, чиновник, в зависимости от сословия, мог подняться на очередную ступень чиновной лестницы. Единственным отличием от современного положения дел было то, что чиновник не мог инициировать рассмотрение подобного вопроса лично: лишь начальник имел право оценить его работу и поощрить более высоким чином.

В чем состояла каждодневная деятельность наших предшественников? Мы нашли в архиве любопытный документ, похожий на современный должностной регламент, – «Список лиц Усть-Сысольского уездного казначейства с обозначением какой отраслью дела каждый из них заведует и с какого времени», в котором подробно описаны функции и полномочия каждого служащего с описанием участка его работы. Этот список в порядке информации был доведен до Вологодской казенной палаты.

Что касается провинностей и ответственности казначейских служащих, то, нужно сказать, случаев нерадивости чиновников Усть-Сысольского казначейства мы обнаружили немного. Так, Н. Наместников, занимавший должность бухгалтера 1-го разряда, был уличен в «грубости и небрежном отношении к исполнению служебных обязанностей». Кроме того, сохранилось письмо из Вологодской казенной палаты от 20 июня 1914 г., в котором предписывалось «лицу, допустившему описку в донесении казначейства, немедленно выслать, на имя заведующего хозчасти палаты Розова, 5 руб. 25 коп., составивших стоимость телеграфных сношений для выявления и исправления описки». 27 июня Усть-Сысольское казначейство сообщило, что предписание исполнено и деньги высланы. Правда, фамилия сотрудника, допустившего описку, в письме не упоминается.

Однако использовались не только наказания. В начале XX в. некоторые казначейские служащие получали высокие награды – ордена Св. Анны, Св. Владимира, Св. Станислава разных степеней, но в основном для поощрения работников использовались медали и знаки. Особое восхищение вызывает вручение канцелярскому служителю П. Попову «Знака отличия беспорочной службы за 40 лет». Заметим, что если бы подобный знак существовал сегодня, то в УФК по Республике Коми он впервые мог бы быть вручен только в 2033 г.

В настоящем обзоре мы не касались функциональной деятельности наших предшественников. Все-таки место казначейства, предназначение службы, а также способы и инструментарий работы за прошедшие годы заметно изменились. А вот люди, или, как говорят сегодня, персонал, в принципе мало чем отличались от нас сегодняшних.

Да, с точки зрения современных реалий многое в архивных документах выглядит забавным, порой мелодраматичным и чересчур пафосным. Витиеватость и «высокий штиль» эпистолярного общения вызывают удивление. Кажется, что ко многому относились слишком лояльно, многое представляется нерациональным, излишне усложненным, безосновательно жестким. Просто это было другое время, другая эпоха и, в каком-то смысле, другая страна.

Источник: © Бюджет, 2007, № 11

Поделиться