Выиграйте один из 15 планшетов

Только до 20 ноября 2017 года при оформлении подписки на весь 2018 год вы получите планшет

Оформить подписку

Правила розыгрыша и более подробная информация на bujet.ru/15years

bool(false)
string(10) "21.05.2017"
bool(true)
string(10) "21.05.2017"
bool(true)
bool(false)
string(10) "21.05.2017"
Версия для печати 561 Материалы по теме
Граф Канкрин: удачливый генерал и строгий финансист

Победоносная кампания 1813–1814 годов, завершившаяся триумфом русской армии в Париже и освободившая Европу от Наполеона, могла бы дорого обойтись императорской казне. Союзники за снабжение русской армии продовольствием запросили 360 миллионов рублей. На фоне государственных расходов России, которые, например, в 1809 году составили немногим более 278 миллионов рублей, эта цифра выглядела чудовищной1. Однако тогдашнему генерал-интенданту русской армии удалось добиться от союзников снижения выплаты в шесть (!) раз. Человеком, сэкономившим России 300 миллионов рублей, был генерал-майор Егор Францевич Канкрин. Тогда еще никто во всей империи не подозревал о том, что он станет самым выдающимся министром финансов и сыграет важную роль в судьбе Российской империи.

Впрочем, один человек, высоко оценивший деловые качества генерал-майора, предрекал ему великое будущее. Известный реформатор, наставник и единомышленник императора Александра I, выдающийся администратор М. М. Сперанский еще в 1813 году, будучи в ссылке, сказал: "Нет у нас во всем государстве человека способнее Канкрина быть министром финансов«[1]. Этим пророческим словам суждено было сбыться через десять лет.

Канкрин был назначен министром финансов 22 апреля (4 мая — по новому стилю) 1823 года. Ему досталось практически разоренное хозяйство: ассигнационный рубль едва дотягивал до цены в 25 копеек серебром, а торговые доходы государства упали до рекордно низкого значения — 90 миллионов рублей в год, бюджет страны был дефицитным.

После 13 лет правления «министра-бонвивана» — графа Д. А. Гурьева (запомнился как большой благодетель своих друзей — крупных землевладельцев и автор рецепта гурьевской каши) генерал Канкрин с его страстью к строгой экономии и тотальному учету смотрелся в кресле министра непривычно. Несмотря на генеральские эполеты, большой управленческий опыт и признание его заслуг самим императором Александром I, нового министра высшее общество Санкт-Петербурга приняло неоднозначно. Однако это не помешало Канкрину уже через короткое время добиться заметных успехов: в России, несмотря на персидскую и турецкую войны, польское восстание и эпидемии холеры, впервые за долгие годы появляется профицитный бюджет. А дальше — почти два десятилетия образцовой службы императору Николаю I и имя, навечно вписанное в историю России как лучшего министра финансов.

Был в жизни всем

Кем же был этот удачливый генерал и строгий финансист? Георг фон Канкрин родился 27 ноября 1774 года в городке Ханау на восточном берегу Майна недалеко от Франкфурта-на-Майне. Род Канкриных происходил из служилого дворянства немецкой земли Гессен. Отец будущего министра финансов Российской империи Франц Людвиг был горным инженером. В 1783 году был приглашен на русскую службу и возглавил работу известных еще с XIII века солеварен в Старой Руссе (современная Новгородская область).

В 1797 году Георг фон Канкрин приезжает к отцу в Россию. За плечами молодого человека — изу­чение камеральных наук и юриспруденции в Гисенском и знаменитом Марбургском университетах (в том самом Марбургском университете в 1736–1739 годах учился М. В. Ломоносов). В России Георг долгое время не находил себя. Сначала пытался работать у отца в Старой Руссе, потом секретарем в Санкт-Петербурге, давал уроки — словом, как он потом сам признавался, "был в жизни всем: и писцом, и комиссионером, и казначеем, и бухгалтером«[2]. Отсутствие карьерного роста сказывалось и на финансовом положении молодого Канкрина. Ему приходилось экономить на всем. Современники графа характеризовали его «...как человека в быту скромного до скаредности». Возможно, три первых полуголодных года в России оставили неизгладимый отпечаток на личности будущего министра финансов.

29-1.png

Несмотря ни на что, Канкрин не оставлял попыток утвердиться на профессиональном поприще, изучал русский язык, который давался ему с трудом, вникал в организацию хозяйственной деятельности и много писал. В 1800 году судьба улыбнулась ему. Искушенному государственному деятелю вице-канцлеру графу И. А. Остерману попалась на глаза записка Канкрина "об улучшении овцеводства в России«[3]. Граф по достоинству оценил труд молодого специалиста, и вскоре Егор Францевич в чине надворного советника получает должность заместителя управляющего солеварнями в Старой Руссе.

В 1803 году его перевели в Министерство внутренних дел. Там в должности советника экспедиции государственных имуществ по соляному делу он смог применить свои практические знания и опыт организации работ в Старой Руссе. Очевидно, служба давалась молодому Канкрину легко, и в 1809 году в неполные 35 лет он получает классный чин статского советника и новое назначение — должность инспектора всех петербургских иностранных (в основном немецких) колоний.

На новом месте Канкрин пишет две научные работы: «Заметки о военном искусстве с точки зрения военной философии» и «О системе и средствах обеспечения больших армий». В неспокойное время они пришлись как нельзя более кстати. Одобрение этих работ главным военным теоретиком русской армии того времени генерал-майором Карлом Фулем, принятым Александром I на русскую военную службу, способствовало тому, что Канкрина назначили на должность помощника генерал-провиантмейстера. В 1811 году на новой должности он получает свой первый гражданский генеральский чин — действительного статского советника.

29-2.png

Отечественная война 1812 года и победоносный зарубежный поход русской армии 1813–1814 годов дали существенный толчок карьере Канкрина. В начале войны он генерал-интендант 1-й армии в чине генерал-майора, в 1813 году — уже генерал-интендант всей русской армии. После окончания войны, в 1815 году, Канкрин получил звание генерал-лейтенанта.

Годы между окончанием войны и назначением на должность министра финансов наполнены для нашего героя массой важных событий. В 1816 году он женится на Е. З. Муравьёвой, родной племяннице будущего декабриста С. И. Муравьёва-Апостола. В это же время Канкрин пишет записки императору, в которых отстаивает идею освобождения крестьян. Он предлагает план поэтапного превращения бесправного крестьянина в свободного землепашца-собственника, который станет прочным основанием экономики страны. В документе статский советник детально описывал последовательные правительственные мероприятия на более чем полувековой период. Однако новаторские предложения императора не заинтересовали.

30.png

Также Канкрин пишет два фундаментальных труда — «Мировое богатство, богатство народа и государственная экономика» и «О военной экономике во времена войны и мира и ее отношении к военным действиям». Удивительно, что, будучи юристом по образованию, Канкрин проявил себя в этих работах выдающимся теоретиком-экономистом.

Дальнейший карьерный взлет будущего министра финансов произошел в начале 1820-х годов. Тогда назревала очередная европейская война, армия должна была быть готова выступить в поход. Человек, имеющий опыт бесперебойного снабжения армии в недавней европейской кампании, был бы очень кстати. Вспомнили про Канкрина и пригласили его стать членом Государственного совета «по департаменту государственной экономии». В 1823 году император Александр I назначил Егора Францевича министром финансов.

На правах министра

Первой задачей Канкрина на посту министра стало сокращение дефицита государственного бюджета. Уже в 1824 году ему удалось сократить расходы по Военному и Морскому министерствам на 42 миллиона рублей, а по Министерству финансов — на 15 миллионов рублей. Последовательная политика сокращения государственных расходов дала свои плоды — в казне появились резервы. Эти резервы впоследствии сослужили добрую службу армии — во время персидского и турецкого походов конца 1820-х годов.

Управленческие решения министра Канкрина не ограничивались лишь соблюдением режима экономии. Основной его целью было обеспечить рост русской экономики в основном за счет повышения уровня благосостояния податных сословий. Империя приступила к созданию условий для оздоровления экономики и поддержания баланса государственных финансов.

В 1826 году Канкрин обновил правила таможенного регулирования, принятые при его предшественнике Гурьеве в 1822 году. Новый таможенный тариф, как и старый, основывался на политике протекционизма и был направлен на ускорение развития российской промышленности.

Другим шагом в оздоровлении экономики империи стало возвращение откупной системы регулирования розничной продажи спиртного. С приходом Канкрина в Министерство финансов конкуренция двух традиционных систем государственного регулирования оборота алкоголя — акцизной и откупной — завершилась победой последней. Акцизная система взимания «питейного» налога дискредитировала себя продолжительным падением поступлений в казну. Заменив акциз на откуп практически по всей империи, Канкрин существенно повысил поступления доходов от продажи спиртного. Уже на второй год доходы от продажи вина выросли с 79 до 110 миллионов рублей.

Планомерная работа Канкрина над увеличением доходной базы давала быстрый результат. В 1824 году доходы казны составили 380, а в 1825 году — 397 миллионов рублей.

Денежная реформа

Проблемой для министра были также все дешевеющие ассигнации — бумажные деньги. Стабильности государственным финансам не добавлял и тот факт, что в стране одновременно существовали различные курсы рубля — вексельный, податной, таможенный, простонародный и т. д. Например, разница между простонародным и биржевым курсами могла достигать 18%.

1 июля 1839 года состоялась денежная реформа, так долго и напряженно подготавливаемая Канкриным. Был подписан и обнародован манифест «Об устройстве денежной системы», устанавливающий в качестве основной расчетной единицы серебряный рубль весом в 18 граммов (4 золотника 21 доля)[4]. Ассигнации могли обмениваться на серебряный рубль по курсу 3,5 рубля ассигнациями за один новый рубль. Вторым документом, вышедшим в свет в этот же день, стал манифест «Об учреждении Депозитной кассы серебряной монеты при Государственном Коммерческом Банке». Депозитные билеты достоинством 3, 5, 10, 25, 50 и 100 рублей, выдаваемые населению взамен серебра и золота, должны были в скором времени вытеснить бумажные ассигнации старого образца. Эта реформа привела к существенной стабилизации денежного обращения в России и укреплению рубля.

Министр финансов принимал деятельное участие в разработке положения «О весах и мерах» от 4 (16) июня 1842 года, а также руководил строительством здания «Депо образцовых мер и весов» в Петропавловской крепости[5].

В борьбе с казнокрадством и ленью

"Время управления министерством Е. Ф. Канкрина справедливо почитается замечательным периодом в истории русских финансов: в эту эпоху наше государственное хозяйство получило прочную организацию, а в финансовой политике установилось единство направления«[6]. Широко образованный человек с глубоким исследовательским складом ума, он оставил заметный след во многих отраслях народного хозяйства — от горного дела и лесной промышленности до архитектуры и философии военного дела.

Враг невежества и всякой поверхностности, Канкрин искренне верил в возможность победить традиционные грехи русского чиновничества — казнокрадство и лень, назначая молодых и хорошо образованных кандидатов на высокие должности. Одним из его выдвиженцев стал известный баснописец и издатель журнала «Благонамеренный», основатель Вольного общества любителей словесности, наук и художеств А. Е. Измайлов.

Канкрину, как известному поклоннику не только изящной словесности, но и народного творчества, любившему «обильно уснащать свою речь цветистыми пословицами и поговорками», не могли не понравиться строки из басни Измайлова «Два осла»:

Нет легче ничего, как нравиться глупцам:

Хвали их, и они равно тебя
похвалят,

Притом и в нужде не оставят.

Где много дураков, житье там подлецам.

Баснописец получил должность вице-губернатора. Канкрин верил, что образованный и честный поэт вряд ли пойдет по стопам малокомпетентных и корыстных предшественников. И Измайлов не обманул надежд своего патрона, но оказался совершенно неспособным к управленческой работе. Не смог наладить хозяйственный порядок в двух губерниях — сначала в Тверской, а затем в Архангельской — и удалился в Санкт- Петербург в отставку, где вскоре и умер.

После случая с Измайловым Канкрин, назначая на должность достойного, на его взгляд, человека, всегда спрашивал: «Фи, батушка, стихов не пишете?»

Известно, что незадолго до своего назначения на пост министра Канкрин обращался к императору с просьбой «...о материальном вспомоществовании». И, судя по всему, Александр I просителю отказал. Спустя 15 лет Канкрин так же откажет обратившемуся к нему А. С. Пушкину. В последние годы жизни поэт, испытывая большие финансовые затруднения, неоднократно писал министру финансов и просил учесть стоимость его Болдинского имения, как бы мы сейчас сказали, в счет «реструктуризации» долга казне. Канкрин на письма пунктуально отвечал и... неизменно отказывал. Такая холодность к одним просителям сочеталась в нем с отзывчивостью к нуждам простых людей — крестьян, мастеровых,— о чем рассказывают его мемуаристы.

Один из сподвижников графа Канкрина, будущий член правления Государственного банка, поэт и переводчик, а в молодые годы секретарь министра В. Г. Бенедиктов оставил о графе Егоре Францевиче Канкрине такие строки:

И видится, как мысль бьет в виде двух лучей

Из синих, наискось
приподнятых очей...

И посреди всего он сам, едва живой,

Он — пара тощих ног с могучей головой!

Крест-накрест две руки, двух
метких



[1] Сементковский Р. И. Канкрин Е. Ф. Его жизнь и государственная деятельность: биографический очерк. СПб.: Тип. и лит. В. А. Тиханова, 1893. С. 29.

[2] Сементковский Р. И. Там же. С. 35.

[3] Голичев В. Д., Голичева Н. Д., Попова В. В. Министр финансов граф Е. Ф. Канкрин и его меры по обеспечению финансовой безопасности России первой половины XIX века // Проблемы безопасности российского общества. 2015. № 4. С. 59–71.

[4] Золотник составлял 1/96 фунта, а доля — 1/96 золотника.

[5] Гинак Е. Б. Научное сотрудничество России и Германии в области метрологии // Мир измерений. 2012. № 2. С. 54–62.

[6] Министерство финансов. 1802–1902. Часть первая. СПб: Экспедиция заготовления государственных бумаг, 1902. С. 193.

Поделиться