Культура№6 июнь 2018 — 28 Июня 2018

Я на это денег не пожалею, но из бюджета не выйду

Российская Федерация

Версия для печати 702 Материалы по теме
Я на это денег не пожалею, но из бюджета не выйду

Заголовок - цитата А. Н. Островского, пьеса «Бешеные деньги»

Культура в стране в разные годы финансировалась по-разному, причем не всегда суммы выделяемых на эту сферу бюджетных средств зависели от экономических обстоятельств, иногда роль играли субъективные причины. Например, финансирование культуры по остаточному принципу в период с 1960 по 1985 год связывали с тем, что министр финансов того времени В. Ф. Гарбузов очень любил кино, но не слишком ценил театр (см. статью «Жизнь и кредо министра Гарбузова» в № 5 за 2018 год). С вопросами о финансировании театральной деятельности сегодня мы обратились к директору Московского Губернского драматического театра Ларисе Лембитовне ВИЛЬЯСТЕ.

— Лариса Лембитовна, Губернский театр был создан совсем недавно, в 2013 году, путем слияния нескольких театров. Объединение всегда проходит сложно. Театр — это и репертуар, и труппа (в данном случае — несколько трупп), и конкуренция за зрителя с другими театрами, знаменитыми, сильными, которых в Москве немало. Как выстраивалась деятельность театра после объединения с точки зрения финансов — ценовая политика, зарплата работников, как все происходило, что менялось?

— Объединение проходило суперсложно, причем в два этапа: сначала было присоединение Областного драматического театра им. А. Н. Островского к Камерному театру — из этих двух организаций возник новый Московский Губернский театр, а еще через год к нему был присоединен коллектив Московского областного дома искусств «Кузьминки». Две реогранизации проходили напряженно. Часть коллектива попала под сокращение, но, слава богу, большую часть сотрудников удалось сохранить. Не все в коллективе были довольны сменой курса, изменившимся объемом работы, сменой администрации, были случаи написания жалоб в вышестоящие инстанции, вследствие этого только за первый год работы у нас было, по-моему, шесть проверок из различных ведомств. И я благодарна, если честно, за это — вместе с проверяющими (а мне с обновленной командой пришлось постепенно принимать дела у трех директоров) разобрались в каждой бумажке, увидели и поняли, в каком состоянии документооборот, провели несколько инвентаризаций.

Это закалило и объединило неимоверно. По большей части стало ясно, на кого можно положиться, а кого нужно держать под контролем, потому что в конечном итоге ответственность за всю хозяйственную деятельность, выполнение госзадания, содержание здания, ремонты, закупки — это моя ответственность, тогда как художественный руководитель ставит творческую задачу и контролирует ее исполнение. Задача администратора и администрации — не отсвечивать, а обеспечивать рабочий процесс, чтобы все функционировало: чтобы были составлены графики, заключены договоры, произведены закупки, отремонтированы кресла в зале, выбелен потолок, туалеты содержались в чистоте, в них была туалетная бумага и так далее.

— А что происходит с финансированием театра, на что вы получаете государственные средства?

— В последние годы финансирование театров в стране осуществляется достаточно стабильно. Хотя, конечно, у каждого региона это происходит по-разному. Учредитель нашего театра — Министерство культуры Московской области. Мы получаем субсидию на содержание здания и заработную плату согласно штатному расписанию. Чтобы получить очередную субсидию (на следующий период), примерно за шесть месяцев до начала календарного года мы начинаем просчитывать проект госзадания совместно со специалистами Управления профессионального искусства и художественного образования областного Министерства культуры. К счастью, у нас с управлением сложились крепкие рабочие отношения, вопросы решаются быстро и профессионально.

— Решена ли задача повышения к 2018 году средней зарплаты работников культуры до размера средней зарплаты в регионе согласно майским указам президента?

— Конечно, как государственное предприятие, мы обязаны соблюдать указы президента, и мы их соблюдаем. Средняя заработная плата на 1 января 2018 года по организации составляет 57,4 тысячи рублей, а по майскому указу средняя зарплата должна быть не менее 45 тысяч.

— Как формируется госзадание?

— При формировании госзадания учитывается количество показов спектаклей на основной площадке, на выездах в Московскую область, на гастролях, премьерные постановки — все это с учетом количества зрителей, которые посетят спектакли. Что касается премь­ер, то в те месяцы, когда планируется выпуск спектакля, снижается план показов. Конечно, показ спектаклей в это время идет, но в более щадящем режиме. Перед премьерой, например, режиссеры выходят на сцену не менее чем на десять дней, а значит, другие спектакли в этот период показывать нет возможности — смонтированы декорации, актеры и цеха заняты на выпуске.

— Как театр справляется с госзаданием?

— Справляемся. С начала нашей работы у нас достаточно внятное государственное задание. Столбиков и колонок очень много, конечно, но есть наиболее важные параметры, которые мы обязаны выполнять. Основной показатель — это наши зрители. В 2017 году госзадание составляло 170,78 тысячи человек, а фактически наши спектакли посетило 189 тысяч человек. В том числе это зрители Подмосковья — 74,83 тысячи человек (как областной театр мы обязаны выезжать в Московскую область) и зрители, побывавшие на наших спектаклях на гастрольных выездах, — 29,75 тысячи человек. Если говорить о спектаклях, то дома, в Губернском, мы показали 298 спектаклей, в Московской области — 104, на гастролях — 38. Почти по всем показателям перевыполнили план, в том числе и по премьерным постановкам — вместо пяти премьер в 2017 году было выпущено семь.

— Театр, будучи бюджетным учреждением, должен существовать в рамках закона о закупках. Как он в этих рамках себя чувствует?

— Как и все бюджетные автономные организации, мы работаем по Закону N 223-ФЗ, а также по Положению о закупках, которое в том числе учитывает нормы федерального закона и локальные нормативые акты и постановления Правительства Московской области. В рамках сроков, прописанных в законодательстве, работать можно и должно, но сложно.

Во-первых, нет оперативности, а театр — это живой организм, некоторые потребности могут появиться молниеносно, и приходится договариваться с поставщиками об отсрочке оплаты, так как закупка не внесена в план закупок. Например, при постановке спектакля иногда уже в процессе репетиций на сцене подбирается реквизит, который рекомендован художником, но не подошел актеру или не устроил режиссера — по фактуре, цветовой гамме или размеру. Либо элементарно перегорел прибор, без которого на выезде невозможно показать спектакль. Недавно прямо перед спектаклем на гастролях сгорела видеокарта компьютера, выдающего видео. Приходится лихорадочно звонить партнерам, тут же в походных условиях писать гарантийное письмо, напрягать свой плановый отдел, чтобы искали возможность включить покупку в план, ну и далее по цепочке.

Во-вторых, хотелось бы, чтобы нормы закона распространялись не на все товары и услуги. Приведу простые примеры. Для спектакля один раз в месяц нам нужно несколько граммов шоколадных конфет определенного вида, определенного производителя. Внести конфеты в план закупок, купить несколько килограммов и использовать их бесконечно нельзя — отравим артистов. Или для спектакля нужны были карамельки, поедая которые артист мог бы нормально разговаривать, не теряя в качестве дикции, — чтобы он не шепелявил, не чавкал, не хрустел, чтобы у него не слипались зубы. Для репетиции мы купили поочередно восемь видов конфет, протестировали, отобрали подошедшие и закупили их для спектакля. Как это провести по закупкам? Как объяснить, почему было куплено несколько видов конфет для репетиции одного и того же спектакля?

Или в спектакле «Маугли» обезьяны едят бананы — три банана съедают, два — дарят кому-то из детей в зале. Два спектакля в день, по пять бананов, в месяц нужно десять бананов. И их мы тоже должны покупать через закупки. На спектакль «Свадьба Кречинского» нужна трехлитровая банка соленых огурцов. Спектакль идет также раз в месяц. Причем опытным путем мы выбрали огурцы конкретного производителя, и они не самые дешевые, как того требуют правила госзакупки. Огурцы нам нужны красивые, жесткие и вкусные, у артиста, который их ест на сцене, должно быть лицо человека, который их просто обожает.

То есть мы должны найти партнера, который покупает нам определенную продукцию, понемногу, при этом в определенных ценовых рамках, и так несколько раз в месяц. Из-за такой цепочки происходит не только усложнение работы, но и удорожание товара или услуги. Сейчас мы не можем пойти в ближайший магазин и купить деталь, запасной платочек, грушу, даже если товар стоит дешевле, чем у партнеров, так как понимаем, что в таком случае не отчитаемся о покупке, не сможем поставить ее на баланс. Раньше реквизитор по дороге на работу спокойно, в проверенных местах покупал необходимое, учитывая при этом особенности актеров, вплоть до того, что у кого-то, например, проблемные зубы и жесткое яблоко ему нельзя. Партнер же, который делает закупки, всех этих деталей не знает и привезет, что привезет. Хотелось бы иметь возможность покупать такой мелкий товар самим, оперативно, у конкретного производителя, не полагаясь на удачу.

— Какой процент затрат на спектакли, гастроли покрывает бюджетное финансирование?

— Сейчас бюджетные средства покрывают порядка 65–70 процентов затрат на постановку. На гастрольные выезды госфинансирование не осуществляется. Субсидию, как я уже говорила, нам выделяют на заработную плату штата сотрудников и содержание здания. В случае необходимости капитальных работ (например, в позапрошлом году стала протекать крыша и понадобился обширный ремонт) мы составляем заявку с обоснованием, и область выделяет целевые средства для ремонта. В этом году ожидаем целевое финансирование на обновление музыкальных инструментов (в Губернаторском оркестре почти все инструменты куплены более десяти лет назад и остро требуют замены). Также ждем средства на частичное обновление автопарка (театральные автобусы, еженедельно колесящие по областным городам, во-первых, уже довольно старенькие — одному 12 лет, другому 15, во-вторых, постоянно требуют ремонта).

С острыми нуждами обращаемся к учредителю, ежегодно обсуждаем, сколько средств и на что можем получить, исходя из возможностей областного бюджета. На что-то получаем помощь из бюджета Московской области, что-то закупаем и делаем на собственные средства. Театр ведь наш дом, как и любой дом, он требует внимания, заботы и любит обновки.

— А на какие деньги ставите новые спектакли?

— Их театр выпускает за счет собственных средств и на деньги, выделенные нашим спонсором.

— И сколько новых спектаклей театр должен выпустить в год?

— В первые три сезона, когда проходило полное обновление репертуара, мы выпускали по десять премьер в год. В 2017 году было семь премьерных спектаклей, в 2018-м — четыре. Слава богу, нам уже не нужно, как раньше, выпускать по десять спектаклей, мы наработали репертуар и можем позволить себе работать в спокойном режиме.

— Какие у театра вообще обязательства в ответ на субсидирование?

— Никаких, кроме выполнения государственного задания. Учредитель полностью доверяет нашему художественному руководителю — народному артисту России Сергею Витальевичу Безрукову и никоим образом не вмешивается в нашу репертуарную политику.

— То есть зависимости — чем больше театр заработает, тем меньше получит от государства — нет?

— Конечно, нет. Если театр начинает зарабатывать больше, значит, он получает возможность больше тратить на свои нужды — на премирование сотрудников, на ремонт, на новые постановки.

Здесь существует другая зависимость. Я бы сформулировала ее так: чем больше мы зарабатываем, тем меньше просим денег у спонсоров или дополнительных бюджетных средств. Например, если раньше мы без помощи спонсора не могли сделать ни одной постановки, нам необходимо было расширять репертуар, то вот уже второй год часть постановок мы делаем на собственные средства. За первый год работы театра мы заработали около 12 миллионов рублей. В 2017 году — порядка 126 миллионов, при плане 93 миллиона.

— Кстати, о спонсорах. Сейчас, когда все — от государства до маленькой компании — нацелены на экономию и повышение эффективности использования каждого рубля, как обстоит дело со спонсорской помощью театрам? Но сначала скажите, во сколько обходится театру создание одного нового спектакля, чтобы понимать размер катастрофы.

— Стоимость постановки спектакля может быть разной — как три миллиона, так и 15 и более. Это средства на пошив костюмов, создание декораций, постановку спектакля и репетиции, а также существенный гонорарный фонд. Если взять десять постановок в год, легко посчитать, сколько театру требуется денег на премь­еры. И спонсоры, конечно, необходимы, и желательно не один. Это зачастую госкорпорации, владельцы крупных производств, которые считают нужным поддерживать культуру. И по своему опыту и опыту моих коллег могу сказать, что в кризисные годы спонсоры не уходят, не отказывают в помощи, но суммы иногда сокращают.

— Позволяет ли бюджет Губернского театра привлекать кассовых актеров?

— К счастью, у нас есть главная звезда — наш художественный руководитель Сергей Витальевич Безруков, на спектакли которого приезжают почитатели не только из Москвы, но и из отдаленных городов. Но мы все понимаем, что он один не может играть во всех спектаклях и кормить 400 с лишним человек, поэтому, конечно, для расширения зрительской аудитории и популяризации театра мы приглашаем других знаменитых актеров. Каждое приглашение стратегически продумывается худруком. Мы же (администрация) стараемся провести опросы, анкетирования зрителей еще до запуска проекта, чтобы понимать интерес к тому или иному приглашенному актеру. После такого опроса совместно с худруком принимаем решение о приглашении стороннего актера.

Молодость нашего театра и расположение — напомню, мы находимся в Кузьминках, не самом театральном районе Москвы, — вынуждают это делать. Зрители, побывав на спектакле с приглашенной звездой, видят труппу, знакомятся с репертуаром и впоследствии приходят на другие спектакли, с участием только наших актеров. У нас прекрасная труппа, возможно, я необъективна, но считаю, что все актеры Губернского заряжены на работу и творчество, ежедневно выходя на сцену, отдают свои силы и талант в полной мере и без различия — выходят они в массовке в детском спектакле или в главной роли в спектакле для взрослой публики.

— Как страхуются риски от некассовых спектаклей?

— Как в любом театре, у нас есть спектакли аншлаговые, а есть такие, которые при всей своей художественной ценности и содержательной наполненности трудно привлекают зрителей. В этом случае мы решение принимаем точечно и стратегически — аншлаговый спектакль перекрывает недополученные доходы от важных для репертуара, но некассовых спектаклей. Конечно, наши администраторы и PR-служба прикладывают к продвижению этих спектаклей особые усилия, у них в этом смысле очень много работы.

— Что же в итоге формирует цену билета — затраты на создание и прогон спектакля или спрос?

— Цену билета, конечно же, формирует спрос. Если ее формировать с учетом затрат и окупаемости в определенный период (в расчете на один, полтора или десять лет), то цифра получится некорректная — относительно и рыночной конкуренции, и покупательных возможностей зрителя. У нас как у государственного театра есть документ — перечень платных услуг, где прописаны минимальная и максимальная стоимость билетов для взрослой и детской аудитории. Согласно этому документу и предварительному просчету аншлаговой суммы от одного показа на основе уже сложившегося опыта ценообразования в Губернском театре назначаются цены на билеты.

Учитываем множество факторов — расположение театра, предполагаемую аудиторию, на которую направлен спектакль (например, спектакль по школьной программе, куда точно учителя поведут деток классами, следовательно, цена должна быть доступной), участие звезд, сезонность, продолжительность, тематику, камерность, большая или малая сцена, с какой периодичностью в сезон предполагается показ и многие другие. Мы ежедневно внимательно отслеживаем продажи — промах (цена занижена или завышена) по отчетам сразу виден. И тогда цена корректируется в большую или меньшую сторону.

Подготовила С. А. СТРЕЛЬНИКОВА

 

 


093.png

Сергей Витальевич БЕЗРУКОВ, художественный руководитель Московского Губернского театра

— Сергей, у Островского в пьесе «Бешеные деньги» есть фраза: «Хорошо еще, что у меня довольно расчета, и я никогда не выйду из бюджета». Насколько у вас довольно расчета? Вам, как человеку творческому, удается следовать этому принципу? И как по финансовым вопросам получается находить баланс двум главным в театре людям: худруку и директору?

— Все зависит от художественных задач и масштабов постановки. Если бюджет позволяет, то мы не экономим. Для спектакля малой формы возможен скромный бюджет, но на спектаклях большой формы и на постановках для детей, по моему убеждению, экономить нельзя. Современному театру, для того чтобы выдерживать конкуренцию с кино, необходимо делать яркие, красивые, масштабные постановки.

— А если директор с цифрами в руках доказывает, что бюджет не позволяет?

— Если бюджет не позволяет — и в этом наши с директором позиции схожи, — то разумнее перенести постановку до лучших времен, когда будет достаточно средств, чтобы привлечь профессионалов высокого уровня — режиссеров, художников — и создать достойный спектакль.

 


Поделиться