Версия для печати 3625 Материалы по теме
Особые экономические зоны – явление, которое, хоть и с натяжкой, но можно назвать новым. А для любого новшества есть определенный срок, после которого можно с уверенностью говорить, удалось оно или нет. Однако спустя год после вступления в действие федерального закона «Об особых экономических зонах» вопросов, касающихся ОЭЗ, стало больше.
Анастасия АНДРЕЕВА

Тема особых экономических зон держит страну в напряжении уже несколько лет. В конце 2004 г. было решено возобновить «эксперимент» с ОЭЗ; к середине 2005 г. стало ясно, что трудностей при реализации этой затеи будет больше, чем казалось на первый взгляд, а к концу 2006 г. участники программы ОЭЗ столкнулись с реальными проблемами. Опыт прошедших лет дает возможность взглянуть со стороны на ситуацию с особыми экономическими зонами России и оценить, насколько существующие в них условия приемлемы для инвесторов.

Что мешает?
Сегодня с горечью приходится признать, что в особых экономических зонах России очень мало компаний-резидентов. И если, например, в Бразилии (уровень инвестиционной привлекательности которой, по оценке мирового рейтингового агентства Standard & Poor’s, аналогичен российскому) на территории одной ОЭЗ размещается более 400 промышленных предприятий, то в нашей стране их в среднем от двух до шести. К тому же большая часть инвесторов в российских ОЭЗ планировала начать свой бизнес задолго до их появления.
Принимая решение строить предприятие на территории особых экономических зон, инвестор учитывает как аргументы «за», так и аргументы «против». В частности, любого потенциального инвестора интересуют объем предоставляемых льгот, сроки окупаемости проектов, близость рынка сбыта и поставщиков, транспортная инфраструктура, наличие квалифицированной рабочей силы и издержки на преодоление административных барьеров. Рассмотрим эти факторы более внимательно.
На сегодняшний день у инвесторов имеется ряд налоговых льгот: ускоренное признание расходов НИОКР, ускоренная амортизация и снятие ограничений по переносу убытков на следующий период. В технико-внедренческих зонах это еще и снижение ставки единого социального налога до 14%, освобождение от уплаты налогов на имущество организаций и земельного налога сроком на пять лет. Однако на деле ситуация иная: например, отмена налога на имущество и земельного налога не принесут прибыли новому предприятию, а снятие ограничений по переносу убытков на будущий период применимо также и в отношении предприятий, не имеющих отношения к ОЭЗ. Получается, что объем льгот, предоставляемых инвесторам на федеральном уровне, незначителен.

Интересы и цели
Главный вдохновитель идеи «воскрешения» ОЭЗ в России Герман Греф любит повторять, что особые экономические зоны – это точки роста, которые помогут регионам в их развитии. Например, в Китае особые экономические зоны стали настоящим локомотивом развития страны, особенно восточной ее части. В 37 ОЭЗ Поднебесной за 20 лет было инвестировано более 120 млрд долл. Интересен в этом смысле и опыт Бразилии, где 30 лет назад в чащах Внутренней Амазонии организовали единственную свободную зону «Мануаус», благодаря чему практически не освоенная территория превратилась в огромный технопарк. Сегодня здесь работает более миллиона человек, а такие гиганты, как LG, Siemens, Bosh и др., разместили свои заводы.
Однако российский подход к размещению ОЭЗ оказался иным. Согласитесь, трудно назвать Липецкую и Московскую область, Республику Татарстан и город Санкт-Петербург, где расположены ОЭЗ, нуждающимися в особой поддержке. Возможно, зная желание инвесторов иметь рядом с производством большой рынок сбыта, чиновники Минэкономразвития предпочли создать ОЭЗ в центральных регионах. При этом главная цель государственной политики – использовать ОЭЗ как «локомотивы развития» – ушла на задний план.

Один в ОЭЗ – не производитель
Для иностранных инвесторов коррупция и административные барьеры уже стали притчей во языцех. В ОЭЗ для решения этой проблемы внедрили принцип «одного окна», согласно которому право на деятельность в ОЭЗ оформляется у одного чиновника. По данным Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами (РосОЭЗ), эта система должна была сберечь 5–7% средств резидентов. Однако пока экономии не получилось: при создании механизма «одного окна» не учли время, необходимое на адаптацию, изучение инвесторами принципов работы «одного окна».
Другая проблема – отсутствие у компаний-резидентов возможности иметь рядом с собой вспомогательные производства. Например, на Западе вокруг любого завода-автогиганта располагаются предприятия, которые производят комплектующие к автомобилям. В России же согласно закону «Об особых экономических зонах в Российской Федерации» разрешено размещение только одного отдельно взятого резидента. Де-факто переговоры с агентством РосОЭЗ на эту тему возможны, но их результаты не будут иметь юридической силы. С другой стороны, пока в нашей стране мало конкурентоспособных производителей комплектующих, и большинство инвесторов хотели бы работать в ОЭЗ со своими поставщиками. Привлечение в зоны льготного налогообложения предприятий вспомогательного характера могло бы привести к двойным инвестициям.
Мешает работе и отсутствие в регионах логистических центров. Для сравнения: сегодня на заводах основных мировых производителей осуществляется изготовление и окончательная сборка только основных компонентов. Предварительная же подготовка деталей, их первичная сборка (например, вкручивание лампочек) выполняется в логистических центрах.

Проблемы особых зон
Первоочередным для инвесторов является вопрос создания транспортной инфраструктуры. Ни в существующих ОЭЗ, ни в зонах-претендентах нет дорог (либо их строительство находится в начальной стадии). Единственным исключением является особая экономическая зона «Алабуга», которая расположена в Елабужском районе Республики Татарстан, входящем в Камский промышленный узел.
Проблемы с дорогами объясняются недостаточным финансированием. Специалисты подсчитали, что для решения только транспортного вопроса во всех ОЭЗ понадобится сумма, выделяемая государством на их развитие в целом. И даже этого не хватит. Распределение инвестиционного фонда в этом году показало: чтобы проложить дорогу к определенному населенному пункту, нужны в ближайшие несколько лет гораздо большие суммы. В связи с этим появляется необходимость в поиске других источников для развития особых экономических зон.
Возникают у компаний-резидентов трудности и с подбором персонала, причем не столько с поиском квалифицированных кадров, сколько с достаточным их количеством. Очевидно, что строящемуся предприятию сложно создать кадровую службу, которая сможет за короткий срок найти 200 тыс. сотрудников. Для сравнения: за рубежом в рамках особых экономических зон и технопарков обычно работают компании, которые профессионально занимаются организацией производства. Они берут на себя практически всю подготовительную работу – от поиска персонала и оказания консультационных услуг до помощи при аренде производственных помещений. В России эта система пока не развита, в частности из-за недостаточной законодательной базы в сфере ОЭЗ.
Получается, что российские особые экономические зоны рассчитаны на привлечение не столько крупных инвесторов с миллиардными оборотами, сколько инвесторов малых и средних. В целом ни по своей территории, ни по количеству средств, выделенных на развитие инфраструктуры, ОЭЗ не рассчитаны на строительство глобальных предприятий. Однако в таком случае и условия деятельности в ОЭЗ надо было прописывать именно для представителей среднего и малого бизнеса.

Его пример – другим наука
Так станет ли создание особой экономической зоны панацеей для регионов? Отнюдь. В свое время Калужская область, как и другие претенденты, билась за звание ОЭЗ. Проиграв в конкурсе, региональные власти решили искать собственный путь развития и, похоже, нашли его. 28 октября 2006 г. в пос. Грабцево был заложен первый камень в фундамент будущего завода автомобилей «Фольксваген», запуск которого запланирован уже на осень 2007 г. предполагается также, что вокруг завода через несколько лет вырастет большой технопарк, а значит, будет создано 3,5 тыс. рабочих мест. По утверждению калужских властей, им просто «удалось договориться» с немцами о стоимости аренды земли, с одной стороны, и о размерах инвестирования, с другой. Однако губернатор Калужской области Анатолий Артамонов не намерен останавливаться на достигнутом и планирует привлечь в регион еще несколько мировых автогигантов. Для них уже выделены 400 га территории. Идет работа над строительством таможенного терминала «Грабцево-Логистик». Рядом функционирует большая перевалочная база металлов.
Так как же увеличить инвестиционную привлекательность российских ОЭЗ? Во-первых, нужно изменить подход к льготному налогообложению резидентов на региональном уровне. Налог на прибыль, который считается основным послаблением, не очень интересен инвесторам, так как ощутимую прибыль компания начинает получать только через пять-шесть лет после своего создания. Во-вторых, финансирование развития транспортной инфраструктуры могли бы частично взять на себя субъекты Федерации, ведь ОЭЗ созданы в достаточно богатых регионах. В-третьих, необходимо появление логистических центров. И если коммерческие вопросы здесь может решить бизнес, то руководству ОЭЗ необходимо продумать механизм создания таких центров, провести переговоры и консультации с иностранными компаниями, которые имеют опыт в этой сфере. И наконец, нужно привлечение на уровне субъектов компаний, специализирующихся на ведении переговоров с инвесторами. За рубежом такая практика давно налажена, и принцип государственного и частного партнерства действует к взаимной выгоде государства и инвесторов.

Мировой опыт
китайский дом
Мировой опыт показывает, что регион, в котором появилась особая экономическая зона, сам по себе развиваться не начнет.
многоэтажки на берегу
Чтобы действительно имелся рывок вперед, нужно учесть множество условий.
США-флаг
Во-первых, не следует смешивать зоны, созданные для развития того или иного сектора экономики, с зонами социального плана, обязанными «вытянуть» отстающий регион. Пока что решить обе эти задачи получилось только у Бразилии, а классические «зоны для спасения от депрессии» в тех же США по-прежнему остаются благотворительными проектами.
Во-вторых, необходимо уменьшить число административных барьеров. И здесь излишняя централизация (а Россия пошла именно по этому пути) помогает далеко не всегда.
В-третьих, государство должно предоставлять льготы на длительный срок, и аргументы о «разграблении бюджета» тут неуместны. В этом отношении примером проведения последовательного курса является коммунистический Китай: даже неудачи отдельных зон здесь воспринимаются не как трагедия и повод отказа от зон как таковых, а как досадный эпизод. Инвесторы это ценят.
И последнее: создавая зону, правительство должно четко знать, чего оно хочет. Если мыслить абстрактно и привлекать «инвесторов вообще», никакого толку не будет.
Пока же Россия является достаточно молодым членом экономически свободного общества, и ей надо быть готовой к тому, что первые шаги могут оказаться не вполне успешными. Но если извлечь уроки, потом может получиться значительно лучше. Главное – настойчивость.
По материалам «Российской газеты»

Мнение народа
Как показал недавний опрос ВЦИОМ, и население, и эксперты настаивают на том, что максимально защищенными от иностранного капитала должны быть сырьевые отрасли, а наиболее открытыми для него – инфраструктурные. Большинство россиян считают, что привлечение зарубежных инвесторов совершенно недопустимо в военно-промышленном комплексе (80% респондентов), нефтяной и газовой промышленности, электроэнергетике, добыче угля, руды и других полезных ископаемых, лесном хозяйстве (66–69%) и авиастроении (51%). Немало и тех, кто категорически против участия иностранного капитала в сельском хозяйстве и пищевой промышленности (46 и 42% соответственно), банках и инвестиционных компаниях, связи (по 39%).
Доля противников зарубежных инвестиций в такие отрасли, как транспорт, строительство, автомобилестроение, торговля, реклама, маркетинг, значительно меньше (27–33%). Однако участие иностранного капитала и в этих отраслях каждый второй респондент (46–51%) считает необходимым дозировать. Без всяких ограничений участие иностранного капитала допускают в автомобилестроении (16%), торговле, рекламе, маркетинге, строительстве – 11–12%.
Процент «глобалистов» (сторонников иностранных инвестиций) среди населения намного ниже, чем в экспертном сообществе. Например, россияне в целом категорически против присутствия иностранного капитала в ВПК (80%), тогда как среди разных групп экспертов доля таких противников составляет не более 8%; в авиастроении – 51 и 3–8% соответственно.
Среди экспертов же, как правило, инвесторы в большей мере являются «изоляционистами», чем чиновники. Так, присутствие иностранного капитала в нефтяной и газовой промышленности считают недопустимым 77% экспертов, представляющих инвестиционно-финансовое сообщество, и 50% экспертов из властных структур; в электроэнергетике соответственно 30 и 23%.

Поделиться