Версия для печати 5679 Материалы по теме
Подведены итоги международной конференции «Современное государство и глобальная безопасность» в Ярославле
#62702# В конференции, проходившей под эгидой президента России Дмитрия Медведева, приняли участие более 500 политиков, ученых, общественных деятелей из 18 стран мира. Готовящийся к 1000-летнему юбилею Ярославль на один день стал центром притяжения интеллектуалов со всего мира. Участниками конференции стали премьер-министр Испании Хосе Луис Родригес Сапатеро и глава кабинета министров Франции Франсуа Фийон. В ее работе приняли участие руководитель администрации президента Сергей Нарышкин, его первый заместитель Владислав Сурков, спикеры обеих палат российского парламента - Сергей Миронов и Борис Грызлов, ряд руководителей субъектов РФ, лидеры крупнейших российских партий.

Работа конференции проходила по четырем секциям: "Социальная ответственность современного государства как фактор глобальной стабильности", "Современное государство: многообразие демократического опыта", "Межгосударственное сотрудничество и эффективность глобальных институтов" и "Современное государство против терроризма, сепаратизма и ксенофобии".

По мнению губернатора Ярославской области Сергея Вахрукова, конференция удалась. Ярославль стал международной площадкой для обсуждения наиболее важных вопросов развития современного государства и обеспечения глобальной безопасности. Состоялся конструктивный диалог власти, общества, бизнеса и экспертов, где рассматривались, в том числе, вопросы поиска путей взаимопонимания в условиях посткризисного развития мирового сообщества.

Участники и эксперты международной конференции также отмечали, что ярославский форум стал  одним из знаковых событий осени 2009 года. Уже сейчас можно сказать, что в России появилась новая дискуссионная площадка, привлекшая внимание политических экспертов и интеллектуалов со всего мира - и не в последнюю очередь это связано с заявленной темой конференции. Участники международной конференции "Современное государство и глобальная безопасность" сходятся во мнении, что, несмотря на отсутствие конкретных меморандумов и резолюций по результатам форума, мероприятие удалось, так как оно привлекло внимание мировой общественности к позиции России по важнейшим проблемам современности.

Одним из ключевых событий форума стало выступление Президента России Дмитрия Медведева и последовавшие за ним выступления испанского и французского премьер-министров. Высказанные Медведевым мысли о необходимости ставки на «умную политику», являющую собой отказ от национализма с одной стороны, и идей классового превосходства - с другой, несмотря на очевидность, произвели фурор в экспертных кругах. Говоря о практическом применении демократии, он фактически указал на необходимость ставки на социально-ориентированную демократию, на демократию, обращенную к человеку, а не к абстрактным идеалам и свободам. Тезисы о необходимости совместного обсуждения существующих проблем, о возможности указывать странам-партнерам на проблемы во внутренней политике, не навязывая при этом своего мнения фактически означают заявку на формирование нового, пост-кризисного пространства - с Россией не в качестве лидера, но полноправного старшего партнера и центра мировых интеллектуальных элит.

Несмотря на обилие интересных выступлений, многие эксперты посетовали на то, что работа форума продолжалась лишь один день, из-за чего на тематических секциях смогли выступить далеко не все участники - а дискуссия по вопросам демократии и безопасности продолжалась лишь в кулуарах. По словам губернатора Ярославской области Сергея Вахрукова, была достигнута предварительная договоренность с  Президентом России Дмитрием Медведевым о том, что Ярославль станет ежегодной площадкой  для проведения международной конференции. В связи с этим участники надеются, что это позволит на следующий год увеличить его продолжительность. …

«Нам надо серьезно работать для того, чтобы будущий форум стал еще более представительным и содержательным. Одно очевидно - через год большинство участников конференции приедут к нам на празднование 1000-летия. Для них Ярославль стал новой политической площадкой на карте мира», - подчеркнул глава региона.

Самые интересные выступления участников ярославского форума


Организаторами конференции, проводившейся под эгидой президента России Дмитрия Медведева, выступили Институт общественного проектирования, Институт современного развития и Ярославский государственный университет имени П.Г. Демидова.

Помимо российского президента в работе конференции приняли участие и другие политики из разных стран мира. В частности, перед форумом выступили премьер-министр Испании Хосе Луис Родригес Сапатеро, премьер-министр Франции Франсуа Фийон, экс-глава кабинета министров Италии Романо Проди.

В целом же в Ярославле собрались более 550 представителей из 18 стран мира. География конференции оказалась обширной - от ведущих стран Европы, включая Великобританию, Францию, Германию и Италию, заканчивая даже такими экзотическими государствами, как Шри-Ланка.

От России на конференцию прибыла солидная делегация, в состав которой вошли представители администрации президента и правительства, ведущих политических партий, депутаты и сенаторы, включая руководство обеих палат Федерального Собрания, ведущие политологи, экономисты и аналитики, а также руководители ведущих средств массовой информации страны.

Участникам международной конференции было предложено обсудить новые стандарты государственного строительства, новые стандарты демократии, а также то, каким должно быть современное государство, как оно должно развиваться и действовать, чтобы обеспечить, с одной стороны, свободы и благополучие своих граждан, а с другой - вносить свой вклад в глобальную безопасность.

Обсуждение главных вопросов конференции было разбито на четыре дискуссионные площадки. На первой секции, где в том числе выступал вице-премьер российского правительства Сергей Собянин, главной темой обозначили "Социальную ответственность современного государства как фактор глобальной стабильности". В рамках секции затрагивались вопросы расширения социальной ответственности современного государства перед своими гражданами и международным сообществом и, как следствие, выработки подходов к модернизации модели социальной политики.

Разнообразие демократий в современном мире разбирали на второй секции, которую так и назвали - "Современное государство: многообразие демократического опыта".

Участники секции исходили из представления о том, что каждое государство имеет право на свой путь демократического развития, и если принятая в государстве модель демократии отвечает интересам граждан, то государство в полной мере безопасно для стран-соседей и всего глобального мира.

Третья дискуссионная площадка была посвящена "Межгосударственному сотрудничеству и эффективности глобальных институтов", работа которых направлена на устранение общих угроз современности.

И, наконец, четвертая секция обсуждала тонкости борьбы современного государства с угрозами терроризма, сепаратизма и ксенофобии.

Ярославская конференция вызвала большой интерес среди мировых СМИ. Ее работу освещали журналисты 172 ведущих телеканалов и радиостанций, печатных и интернет-изданий со всего мира.

Будущее - за умной политикой

Медведев, президент РФ:

- Ярославль - город с тысячелетней историей. Его основатель князь Ярослав Мудрый прославился, как известно, изданием "Русской правды". Это был первый наш кодекс, первый свод законов, который стал правовой основой для развития российской государственности на многие годы вперед. Князь, будучи хорошим законодателем, стремился утвердить в политике методы права и правды в понятных условиях и на уровне задач и представлений той самой далекой эпохи.

На гербе Ярославля изображено самое известное российское животное - медведь, символ, который символизирует, с одной стороны, силу, а с другой стороны - предусмотрительность. Думаю, что два этих качества точно являются нелишними для нас сегодня, для формирования справедливого, сбалансированного, устойчивого миропорядка, создания условий для достойной жизни миллио нов людей.

Социальные и экономические условия нашей жизни, системы, в которых мы живем, очень сложны, и с каждым годом эти организмы становятся все более и более сложными. То же самое происходит и с политической, и с правовой теорией. Для принятия политических программ и даже для оперативных решений все чаще требуется мобилизация лучших интеллектуальных сил. Это очень сложный процесс. Политика, по сути, становится все более сложным, наукоемким вопросом. Умная, рациональная политика, государственный прагматизм должны вытеснить из политической сферы все неразумное: опасные иллюзии национализма, с одной стороны, или архаичные предрассудки классовой борьбы, с другой стороны. Утопические проекты глобального господства, как бы они ни назывались - "всемирный халифат" или "благожелательная гегемония", высокопарное оправдание военных авантюр, подавление прав и свобод людей, любые незаконные действия - все это, конечно, было бы желательно оставить в прошлом, хотя я понимаю, что это все проще произнести, чем сделать.

Уверен, что будущее за политикой, направленной через открытое обсуждение, исследование и всесторонний анализ проблем к выработке продуманных, согласованных методов осуществления этой политики. Будущее - за умной политикой.

Вот я приведу слова моего коллеги господина Сапатеро, который сказал: "Нам требуется международный порядок, где бы звучали разные голоса, но в то же время они были бы созвучны".

Тема нашей конференции - "Современное государство и глобальная безопасность", созвучие, согласие, сотрудничество разных культур, сообществ, государств ради всеобщей безопасности.

Мы все чаще видим, как проблемы, возникающие на территории одного или нескольких государств, приобретают глобальный характер, причем происходит это моментально, а некомпетентность или просто иногда нежелание решать собственные проблемы наносит ущерб не только своей стране, но и огромному количеству других стран. Неэффективность государственных институтов порождает международные конфликты.

В прошлом году мы все увидели, как непродуманная, можно и жестче, конечно, сказать, финансовая политика правительства одной страны стала причиной мирового экономического кризиса, последствия которого затронули практически все государства, представленные в этом зале. Есть и другие примеры.

На планете происходят климатические изменения, и происходят они далеко не по вине всех государств в равной степени, причем в этих изменениях прежде всего бывают виноваты государства, которые являются просвещенными и экологически образованными. О чем это говорит? О том, что мы и по этому вопросу должны договариваться.

Эпидемии, техногенные катастрофы, социальная нестабильность, экстремизм и терроризм, незаконная миграция, пиратство, организованная преступность - все эти явления возникают в том случае, если государство в силу каких-то своих причин не справляется со своими функциями, не справляется со своими обязанностями. А угрожают эти явления всем, абсолютно всем. Поэтому государства, с моей точки зрения, должны знать друг о друге как можно больше и вправе критически оценивать не только внешнюю, но и внутреннюю политику друг друга, может быть, и указывать на недостатки этой политики, если она может привести к проблемам международного масштаба или игнорирует общепринятые этические нормы, принципы гуманизма.

Но критерии, стандарты и правила такого рода оценок и мониторинга не могут никому навязываться. Это тоже абсолютно очевидно. Никто не должен диктовать эти правила в одностороннем порядке, даже самые сильные, самые мощные, самые уважаемые государства. Чтобы они воспринимались, чтобы они были действенные, их нужно вырабатывать общими усилиями в ходе свободной дискуссии всех участников мировой политики. Здесь вполне уместен известный латинский принцип: то, что в равной мере затрагивает всех, требует и одобрения со стороны всех.

Каким должно быть современное государство? Какой должна быть его правовая и организационная структура? Как должны развивать себя сами государства? Как должны развиваться их собственные институты, чтобы эти государства были эффективными, чтобы они были комфортными для собственных граждан и безопасными для соседей, чтобы государство не только не становилось источником угроз для других стран, но и было достаточно сильным, устойчивым и при необходимости могло и помогать своим соседям?

Для меня, может быть, здесь не все со мной согласятся, все-таки современное государство - это прежде всего демократическое государство. Поэтому я бы сформулировал главный вопрос нашей конференции так: каковы должны быть стандарты современной демократии, чтобы обеспечивать глобальную безопасность и устойчивое развитие?

Мой вариант ответа на этот вопрос был не так давно, на прошлой неделе, опубликован в ряде российских изданий. Я не буду повторяться, но хотел бы еще раз подчеркнуть. Институты современной демократии должны строиться таким образом, чтобы цели общественного развития достигались преимущественно ненасильственным путем, не принуждением и подавлением, не запугиванием и противопоставлением друг другу. В основе этих методов регулирования должны лежать толерантность, спокойствие, культура диалога, раскрытие творческого потенциала любого человека, сближение интересов личности, общества и государства, а также интересов различных обществ и различных государств. Современные политические системы здесь должны быть открытыми, гибкими и достаточно сложными, чтобы они соответствовали нынешнему времени, соответствовали характеру и скорости непрерывно меняющихся социальных и культурных процессов. Они должны защищать человека, должны защищать суверенитет государства, поддерживать структуры гражданского общества.

Конечно, это самые общие, может быть, фундаментальные прин ципы, но именно ими, на мой взгляд, следует руководствоваться при выработке стандартов демократической политики. Безусловно, что утверждение таких стандартов не означает унификацию и обезличивание. Наоборот, согласованные критерии, согласованные подходы к вопросам государственного строительства помогут сохранить все многообразие политических культур, управленческих моделей и социальных традиций (мы все разные), представлений о будущем и демократического опыта. Еще Гёте когда-то писал, что не может быть и речи о единомыслии разных наций, но все нации должны знать друг о друге, понимать друг друга.

Стандарты современной демократии могут обсуждаться в самых разных форматах, на самых разных форумах. Одной из таких дискуссионных площадок, я надеюсь, станет и Ярославль, который в этом году впервые принимает такой форум.

Мировой экономический кризис опроверг довольно модные в конце прошлого века рассуждения о снижении роли национальных государств в глобальную эпоху. И ведь не транснациональные компании, не международные организации взяли на себя ответственность за судьбы миллионов людей в мире. Антикризисные программы, стабилизационные меры, социальная защита граждан осуществляются правительствами, осуществляются самими государствами и способствуют нормализации уже в свою очередь глобальной экономики.

Кризис заметно обострил некоторые общественные проблемы, значительно выросла безработица практически во всех странах, которые здесь представлены. Это привело к сокращению доходов населения, по сути, ухудшило социальное положение десятков, сотен миллионов людей на планете и стало серьезным испытанием для молодежи, которая находится только в самом начале своего пути. Долг каждого государства, затронутого кризисом, принимать необходимые решения.

Правительства, которые не способны поддерживать на должном уровне занятость и как следствие качество жизни своих граждан, ответственны за возникновение и массовой нелегальной миграции. Потоки нелегалов обычно направляются в благополучные страны, повышая, до предела повышая, по сути, социальную нагрузку в этих странах и нагрузку на их правоохранительные структуры. Сокращение безработицы и нелегальной миграции обсуждается и сегодня на нашей конференции. Я думаю, что можно было бы и создать специальные экспертные группы по этому поводу.

На повестке дня - преодоление всего комплекса последствий экономического кризиса, возобновление роста глобальной экономики, минимизация риска резких колебаний мировой конъюнктуры. Для этого, как я уже неоднократно говорил, потребуется реформирование международных финансово-экономических институтов, причем реформирование действенное, а не ради того, чтобы просто изобразить реформу, как сегодня нам в некоторых случаях это предлагают. Конечно, проведение всеми государствами более ответственной экономической политики. Я надеюсь, сегодня это все осознали.

Ответственность государств перед гражданами и друг перед другом, их эффективность в обеспечении общественной и глобальной безопасности - вот что нам необходимо. Их приверженность ценностям демократии и прогресса, их способность создавать механизмы продуктивного сотрудничества и мирного разрешения споров. Таковы сегодня наши приоритеты.

Поэтому, я надеюсь, продолжится обсуждение одной из наших инициатив, которая была сформулирована мною в прошлом году, - Договора о европейской безопасности. Мы готовы к содержательному диалогу с нашими партнерами по Европе. Будем и дальше продвигать это предложение, разъяснять нашу позицию. Этот документ не должен быть ни против кого направлен. Это, наоборот, документ, который должен помочь согласовать воли всех государств, живущих на европейской земле.

По своей природе все государства разные, но, с другой стороны, все государства созданы людьми. Их высшая цель - служить людям, обеспечивая право граждан на достойную жизнь, на справедливость и на безопасность. Это главное.

Цивилизаторская миссия

Константин ЗавражинХосе Луис Родригес Сапатеро, премьер-министр Испании:


- Хотелось бы, чтобы в данный конкретный исторический момент мое выступление было воспринято прежде всего как поддержка государства, поддержка социальной роли государства, стоящего на службе демократии. Остановлюсь на трех моментах.

Первый. Тотальное доминирование на протяжении десятилетий идеологии недоверия к государству, недоверия ко всему общественному стало тяжким грузом, который были вынуждены нести на себе все те, кто отстаивал безальтернативную роль государства в ряде сфер - ключевых для общества и социального единства. Сегодня уже никто не ставит под сомнение, например, необходимость публичного контроля над финансовыми рынками, и уже представляется просто нереальной способность преодолеть последствия климатических изменений без усилий, предпринимаемых и обеспечиваемых государственными структурами.

Второй момент. Я не считаю себя "государственником". Таковым я не был раньше, не являюсь им и сейчас. Решение многих задач мы можем доверить лишь государственным органам. Вместе с тем мы не должны попусту растрачивать силы государства и подрывать его авторитет, вменяя ему задачи, с выполнением которых успешнее справляются частные лица или организации. Конечно же, решить порученные задачи они могут при наличии гарантированных самим же государством правил беспристрастности и равных возможностей. Иными словами, государство как таковое необходимо и незаменимо, но не более этого.

Третий момент. Выступать в защиту роли государства означает выступать в поддержку демократической политики, в поддержку тех, кто ее осуществляет, а именно: политических партий и прежде всего тех, кто представляет интересы граждан. Кроме того, я убежден, что в равной мере, в какой то или иное общественное деяние соотносится с демократическими ценностями, оно нуждается в политическом импульсе, в политических обязательствах и в участии граждан. Перед лицом аполитичности и презрительного отношения к окружающему и тем более перед лицом отторжения политики - подобные качества используются лишь теми, кто ничего не хочет менять.

К какому государству мы стремимся и какое государство способно оказать противодействие вызовам современности?

Первое. Государство, которое гарантировало бы безопасность граждан. Безопасность является необходимым условием свободы. Выполнение этой функции в полной мере востребовано, и сейчас это та проверка, которой ежедневно подвергаются все государства.

Наша безопасность нуждается в государстве, в его борьбе с опасностью, непосредственно угрожающей жизни и здоровью людей - терроризмом. К сожалению, опыт Испании в борьбе с терроризмом очень богат. Речь идет о противодействии терроризму преступной организации ЭТА и противодействии международному терроризму, который совершил страшный теракт в Мадриде в 2004 году. Нам удалось существенно ограничить активность террористов, однако у них все еще сохраняется потенциал для нанесения ударов в нашей стране.

Однако для эффективной борьбы с терроризмом в первую очередь необходима решимость общества, которая является опорой для успешной деятельности полиции и международного взаимодействия. Успехи в контртеррористической борьбе, которых мы добились у нас в стране, во многом стали возможными благодаря международному взаимодействию, в особенности сотрудничеству с Францией.

Однако помимо борьбы с терроризмом нельзя забывать и об организованной преступности в самых современных известных нам проявлениях: организованные мафиозные и преступные группировки, торговля людьми, торговля женщинами, сексуальное насилие над несовершеннолетними или другие возмутительные преступные действия, связанные с коррупцией, политическим подкупом, а также такие как торговля оружием, отмывание капиталов или торговля наркотиками.

И еще. Безопасность перед лицом природных рисков, которые увеличиваются вследствие климатических изменений, природных рисков, которые требуют превентивных действий, и природных рисков, которые требуют политических ответов в отношении изменения климата, таких как мы ожидаем от саммита в Копенгагене, который проверит на прочность способность и желание государств, входящих в международное сообщество, противостоять одному их самых больших вызовов, стоящих перед миром сегодня. Помимо государств, обеспечивающих безопасность, необходимо иметь государства, отстаивающие социальную сплоченность. Под социальной сплоченностью подразумевается справедливость, беспристрастность, уравновешенность и гармония в обществе, и именно государство призвано обеспечить социальную сплоченность. Рынок предназначен для другого, он действует иным образом, и поэтому во время кризиса усиливается мысль о том, что на государство возложена миссия обеспечить социальную сплоченность. В условиях разобщенности в обществе кризис мог бы стать более серьезным и тяжелым, а следовательно, перед угрозой безработицы и экономических трудностей государство должно распределять ресурсы во благо граждан в целях обеспечения социальной сплоченности.

Государства способны также стимулировать экономический рост. Среди уроков, извлекаемых из кризиса, который мы сейчас переживаем и хотели бы в скором времени оставить позади, следующий: необходимо иметь регулируемую и эффективно контролируемую финансовую систему, и если мы хотим восстановить стабильный и устойчивый экономический рост, мы должны принять решения в отношении изменения климата и сделать ставку на более инновационную, конкурентоспособную и хорошо организованную экономику, обладающую более устойчивыми перспективами на будущее.

После всего нами пройденного в деле восстановления мы не можем полагаться лишь на частные инвестиции и рынки; восстановление также является ответственностью государств, правительств и совместных международных усилий. В силу этого мы ожидаем, что саммит "большой двадцатки" в Питсбурге позволит выработать новую модель регулирования международной финансовой системы, сделать решительную ставку на международное сотрудничество в сфере экономики, а также выработать Хартию устойчивой экономики, которая бы утвердила новые подходы в обеспечении экономического роста.

Наконец, государства несут ответственность за глобальную безопасность, не только за внутреннюю, но и глобальную безопасность. Таким образом, необходимы современные государства, способные действовать в условиях глобализации, содействуя миропорядку.

Что касается основных вызовов глобальной безопасности, хотел бы в первую очередь выделить проблематику защиты законности и международную безопасность. Порой мы об этом забываем, но самый верный путь к равновесию, к миру и безопасности ведет через уважение международной законности и, соответственно, через противодействие тем, кто может представлять объективную угрозу всему человечеству, подразумевая под этим как террористические действия, так и несостоявшиеся государства.

Государство есть и еще долго будет являться основной единицей в юридическом и политическом измерениях с целью совместного демократического сосуществования в рамках закона и для обеспечения безопасности и равенства возможностей для граждан вне зависимости от пола, вероисповедания, убеждений, происхождения и национальности. Ничто не смогло заменить государство в реализации этих основных функций, ничто. Государство несет цивилизаторскую миссию, ключевую и незаменимую, благодаря чему достигается общественный феномен демократического сосуществования граждан, являющихся одновременно и свободными, и равноправными, и различными.

На нынешнем историческом этапе новый формат государства в его классической роли, в его традиционной структуре определяется его способностью к сотрудничеству, его значимостью на международной арене.

Кризис не отменяет реформы

Лилия ЗлаказоваФрансуа Фийон, премьер-министр Франции:


- Чуть меньше года назад президент России Дмитрий Медведев и президент Франции Николя Саркози во французском Эвиане обсуждали очень актуальный для всех вопрос: куда движется мир? Тогда, осенью 2008 года, мы едва успевали следить за вскрывавшимися серьезнейшими нарушениями, которые подготовили почву для мирового финансового кризиса. Поэтому сегодня наш долг - построить новый мировой порядок, который обеспечит прочную экономическую безопасность.

Вот уже больше года Франция пропагандирует идею ответственной рыночной экономики, в которой как государство, так и участники рынка, особенно финансовые, берут на себя свою долю ответственности за экономическую политику. Несколько лет назад Франция уже представила эту идею своим крупным международным партнерам. Мы доказывали важность регулирования финансовых рынков и их прозрачности. Но тогда рынки "правили бал": не стоит, советовали нам, их пугать. Мне хорошо известно, что по экономическим вопросам мнение Франции порой воспринималось как устаревшее, тогда как идея дерегулирования была принята практически везде, и многие крупные государства модернизировались. Мы и сами осознавали громоздкость наших структур, именно поэтому для проведения амбициозной программы реформ в 2007-м президентом был избран Николя Саркози.

К числу основных реформ относилась и государственная реформа. Мы модернизировали и сжали наши административные органы: должности каждого второго уходящего на пенсию чиновника будут сокращены. Таким образом, к 2012 году нам удастся сократить 150 000 должностей в нашем государственном секторе.

Кроме этого, мы начинаем реформу органов местного самоуправления, которая должна наделить депутатов местных органов власти более четкими (по сравнению с нынешними) полномочиями. Когда разразился кризис, некоторые советовали нам прекратить модернизацию. Мы отказались. Кризис не отменяет реформы: он делает их более чем когда-либо необходимыми!

Нужно, с одной стороны, освободить экономику ради достижения роста и, с другой -модернизировать государство.

В разгар кризиса нам нужно государство, которое инвестирует в стратегические отрасли, защищает жертв кризиса, снимает социальную напряженность и содействует социальному диалогу; т.е. государство, которое регулирует силы рынка, не подавляя их, потому что без них экономический подъем невозможен.

Реформа государства никогда не означала конец государства! Нам представляется абсурдным выбирать между экономической эффективностью и социальной солидарностью, между государственной сферой и рынком. В свое время генерал де Голль отказался выбирать между нерегулируемым капитализмом и "дирижистским" социализмом. Он счел две эти крайности двумя формами уклонения от ответственности: "дирижистский" социализм, потому что в нем нет места частной инициативе, а нерегулируемый капитализм - потому что эта система стремится сконцентрировать средства в руках меньшинства, озабоченного лишь своими сиюминутными интересами, а не будущим всех. Голлизм же содержал в себе надежду на такую экономику, где каждый вправе чувствовать себя ответственным за нашу общую судьбу.

Фактически сегодняшние обстоятельства лишь подтвердили правомерность этой амбициозной цели.

Этот кризис был кризисом ответственности. Он обнажил полный отрыв от реальности, царивший в финансовом мире, где единственным правилом стало отсутствие правил.

Когда уже больше никто не способен распутать финансовые схемы, как это случилось с издержками обращения долговых обязательств в ценные бумаги, то перед нами - полная безответственность.

Когда финансовый мир замыкается на себе, когда он культивирует спекуляцию, ренту и забывает о своей исконной функции - поддержании реальной экономики, - то перед нами полная безответственность.

И когда дилеры получают умопомрачительные вознаграждения при том, что именно они привели банковские учреждения на край пропасти, то перед нами - полная безответственность.

Ответственная же рыночная экономика - это такая экономика, где государство сохраняет способность разрешать споры, регулировать и давать импульс политикам.

В октябре прошлого года мы упрочили собственные средства наших банков, никоим образом их не национализируя, и предоставили обеспечение для межбанковских ссуд, стремясь не допустить, чтобы кредитный кризис задушил предприятия и частных вкладчиков.

В ноябре мы создали стратегический инвестиционный фонд, чтобы наши предприятия не зависели от краткосрочной финансовой логики, но могли пользоваться стабильными и продуманными инвестициями. В декабре мы внедрили план оживления экономики, который временно увеличил наш дефицит, однако обеспечил подъем активности во втором квартале 2009 года, и это после целого года спада.

То, что направляет нашу деятельность, это необходимость создания "нового ВВП ", основанного на образовании, научных исследованиях, устойчивом развитии, необходимость усилить конкурентоспособность наших производственных инструментов, необходимость сконцентрировать государственные расходы в тех областях, где их экономическая и социальная доходность наиболее высока.

По многим вопросам позиции России и Франции близки. Мы очень внимательно относимся к четырем областям, которые президент Медведев особо выделил в своей речи по случаю вступления в должность, - это план четырех "И": институты, инфраструктуры, инвестиции, инновации. Мы приветствуем то, каким образом недавно он вновь заявил о необходимости успешной реализации своей масштабной программы реформ в России.

Кризис знаменует собой возвращение государства. Но государство не может вернуться в своем прежнем виде. Современное государство - это не то государство, которое замыкается в своих границах и разрабатывает краткосрочную тактику агрессивной конкуренции. Ответственная рыночная экономика - это экономика, где нет места недобросовестной конкуренции.

Это экономика, которая не подвергает опасности будущее всей планеты в угоду своему эгоизму. Это экономика, которая не отворачивается от морали. Мы предложим в Питсбурге, на встрече лидеров "большой двадцатки", чтобы регулирование бонусов осуществлялось по модели, внедрения которой мы потребовали недавно в Париже.

Для того чтобы заново определить всеобъемлющий новый экономический порядок, нам необходима сильная и стабильная Россия, открытая и гордая своей судьбой. Накануне встречи "большой двадцатки" мы должны упрочить наше многостороннее сотрудничество и расширить наше европейское взаимодействие. Европейский союз - первый клиент и первый инвестор России, потому что Европа - это та часть мира, которая в силу своей истории и своей культуры наиболее близка России. Как недавно заявил Николя Саркози, мы хотим построить между Европой и Россией "общее экономическое и гуманитарное пространство". В перспективе это означает, что между Европейским союзом и Россией установится полная свобода перемещения людей, товаров и услуг. Для осуществления этой исторической инициативы важное значение будут иметь предстоящее вступление России в ВТО и подписание усиленного соглашения с Европейским союзом. Конечно же, Франция всегда рядом с Россией, она готова всячески ее поддерживать.

Опасная самоуспокоенность

Виктор ВасенинСергей Собянин, заместитель председателя правительства Российской Федерации:


-Лозунг нашей сегодняшней конференции - это социальная политика как фактор обеспечения стабильности развития государства. Тем не менее социальная политика в разные времена выполняла разные функции. И если мы обратимся к нашей истории в бытность Советского Союза, в советские времена социальная политика пронизывала все государство, начиная от рождения человека, заканчивая смертью, при этом расписывая каждый его шаг, каждое его действие, гарантируя все, но при этом убивая всякую личную инициативу, частную инициативу. И эта непомерная нагрузка, начиная от какой-то социальной помощи и заканчивая регулированием цен, пособий и так далее, привела, собственно, к краху всю систему, она не выдержала такой нагрузки, и такая система показала себя неэффективной. Целая государственная система подверглась испытаниям, страны подверглись испытаниям. Это цена той социальной политики, которая проводилась, когда мы с совершенно благими намерениями, благими устремлениями, благими лозунгами пришли к неадекватному результату. А во времена начала перестройки мы получили на фоне разрушения государственности, по сути, иную ситуацию, противоположную, когда государство способно было лишь помогать убогим и сирым, поддерживая минимум, минимальный жизненный уровень, минимальное существование человека. По мере того, как государство чувствовало себя лучше, по мере того, как оно становилось сильнее, мы переходили на новые стадии осмысления социальной политики. И следующей стадией было обеспечение того минимума услуг, который необходим человеку, - и образование, и здравоохранение, и социальная поддержка. Это тот минимум, который государство могло себе позволить, и оно с большим трудом выполняло свои обязательства. И, наконец, следующая стадия, которую мы наблюдаем сегодня, очевидцами и участниками которой мы являемся, это стадия иной социальной политики. Я бы назвал эту политику политикой развития, развитие не социальной помощи, а развитие человеческого капитала как некий конкурентный фактор, оказывающий прямое воздействие на развитие государства и мира в целом. И несмотря на то, что в лозунге мы говорим о некоем факторе стабильности, я бы еще назвал, что это фактор развития. И от того, насколько развит человеческий потенциал, насколько развит человеческий капитал, во многом зависит и развитие общества, насколько конкурентен человеческий капитал, настолько и конкурентна та или иная страна, та или иная общественная система. И мне кажется, что такой ответ на понимание социальной политики не только в целях нашей дискуссии, но и в целом, я думаю, будет более правильным и более перспективным. При этом, конечно, любое государство, и наше, должно всегда найти ответ, а какова же роль государства в социальной политике, какова его доля, какова его ниша. И здесь разброс ответов может быть чрезвычайно большим. В каких она формах должна проявляться, какие ресурсы должны изыматься у экономики в целях развития человеческого капитала и проведения социальной политики, и, собственно, на какие задачи эти ресурсы должны распределяться. И самое главное, как сделать так, чтобы участие государства было максимально эффективным. И, конечно, важный вопрос: как найти оптимальный баланс между ресурсами, которые изымает государство в целях социальной политики и экономики. И здесь тоже есть развилки. Конечно, можно ответить, что государство должно брать столько, сколько необходимо для проведения социальной политики. Но мы знаем, что это популистские заявления, которые могут привести просто к разрушению государства, стагнации экономики и принести ущерб той же социальной политике, о которой мы говорим. Можно ответить и так, что государство оставляет у себя материальных и финансовых ресурсов столько, чтобы они не принесли ущерб для экономики. Но, мне кажется, и это не совсем правильный ответ. Государство должно изымать столько ресурсов в целях проведения социальной политики, улучшения человеческого капитала, насколько в дальнейшем этот человеческий капитал может привести к развитию самого общества, к его ускорению, к его динамике. Даже если на какой-то период нам придется пожертвовать инвестициями в экономику, но при этом человеческий капитал должен придать новую динамику развитию общества. И, мне кажется, это тоже правильный вопрос и ответ, и именно так сегодня формулируется политика государства, Концепция развития государства-2020, основных направлений деятельности правительства. И когда мы говорим именно о развивающейся социальной политике, о развитии человеческого капитала, то мы должны понимать, что есть определенные установки, определенные границы и должная динамика развития человеческого капитала. Она должна быть таковой, чтобы государство и граждане этого государства были конкурентны не только внутри себя, но и вовне. Это важнейший фактор любой реформы. И, собственно, во все времена требования к развитию человеческого капитала, требования к социальной политике - это требования к выживанию общества, к выживанию государства. Сегодня у нас есть много опасностей, и одна из таких опасностей - самоуспокоенность, можно сказать, сытость общества, когда обществу не грозит конкретная опасность, нет гонки вооружений, нет противостояния систем. Но эта опасность есть, опасность называется "деградация общества", отставание его от тех государств, которые развиваются более динамично. Это серьезная опасность для любого государства, но для России больше, чем для кого бы то ни было. Опасность скатиться от конкурентного развития человеческого капитала к собесу сегодня является серьезным вызовом и серьезной опасностью, которую мы должны хорошо понимать.

Как сделать так, что те немалые ресурсы, которые в России изымаются, а это около 30% валового национального продукта, были израсходованы эффективно? Для этих целей у государства есть разветвленная сеть учреждений и организаций, которые оно финансирует.

Государство является крупнейшим заказчиком таких услуг, как образование, здравоохранение, социальная защита и ряд других. И от того, какая управленческая модель будет выбрана, как эта система будет управляться, каковы будут сами управленцы, зависит очень многое. Здесь у нас накоплен богатый опыт, начиная от детальной регламентации действий каждого чиновника, каждого учреждения, его директора, учителя и так далее до полной самостоятельности этих учреждений. Такая практика существует не только в России, такова практика во всех развитых странах, когда этот вектор колеблется от полной зашоренности, от полной регламентации до полной свободы. На самом деле, это не самое главное направление и не самый главный выбор. Потому что при любом выборе система может оказаться неэффективной. Главный выбор и главная задача управления социальной политикой направлены на то, чтобы решающим звеном в ней был не директор, не чиновник, не губернатор, а человек, которому оказываются данные услуги. В ином случае все это превращается в бюрократическую систему, которая не замечает человека, которая существует вне зависимости от него, параллельно ему. Казалось бы, эта достаточно простая истина, она очень сложно ложится в управленческие схемы. Потому что она, с точки зрения бюрократии, невыгодна никому, за исключением одного - самого потребителя, человека. Кроме этого, социальная политика имеет ярко выраженный моральный аспект, гуманитарный аспект и, конечно, должна обеспечивать оказание помощи для тех, кто оказался в трудной жизненной ситуации, кто не может о себе позаботиться по той или иной причине. И здесь для государства также важно определить адресность такой помощи, чтобы она доходила именно до таких людей. К сожалению, если проанализировать ту колоссальную социальную помощь, которую несет сегодня государство, и в России, и в других странах, бoльшая часть этой помощи, как это ни странно, достается тем, для кого она не предназначена. Выстроенность системы в основном достигает своих адресатов по формальному признаку: либо ты ветеран, либо ты молодой, либо ты пожилой, а не по тому принципу, что ты бедный. Эта система направлена на адресность человека, она развивается, и это, собственно, главное направление в этой сфере. И, конечно, мы не должны забывать, что социальная среда, несмотря на всю ее забюрокраченность, должна быть и конкурентной. Конкуренция должна существовать как между системами государственных учреждений, так и частными компаниями, частными организациями, которые работают в данной сфере. И это сегодня один из главных вызовов и главных проблем в действующей российской социальной системе. К сожалению, до конкурентной среды нам еще далеко, но это тот вектор, по которому мы должны работать. Иначе мы будем обречены не только на отсутствие конкурентности, но и отсутствие должного качества этих систем. И, конечно, мы должны быть всегда честными перед людьми, открытыми в проведении нашей государственной социальной политики. Мы никого не должны обманывать. Ничего в государстве, никакие услуги никогда не даются бесплатно. Так называемые бесплатные услуги - это услуги, которые производятся государством за счет изъятых ресурсов у конкретных людей, у конкретных предприятий, у конкретной экономики. Они перенаправляются государством на услуги человеку. И поэтому ответственность государства - оказывать эти услуги максимально эффективно, советоваться с обществом, как это сделать, в каких пропорциях, в каких направлениях. И от того, насколько честен будет этот диалог, насколько он будет профессиональным, во многом зависит развитие социальной политики. Социальная политика - это, безусловно, фактор стабильности. Но еще более важно, что это должно быть фактором развития государства, развития общества.

Новая модель мирового развития

Виктор ВасенинСергей Лавров, министр иностранных дел:


- Подступиться к решению задачи восстановления управляемости мирового развития после окончания "холодной войны" вряд ли получится без выхода на согласованное в рамках международного сообщества понимание содержания современной исторической эпохи. Падение Берлинской стены и распад Советского Союза еще могли давать основания для иллюзий в духе "победы в "холодной войне". Опыт последних лет и глобальный финансово-экономический кризис служат доказательством того, что все, как бывает в истории, гораздо сложнее.

Все эти события - звенья одной цепи. Речь идет о разрушении социокультурного порядка, сложившегося при лидирующей роли Запада. Можно предположить, что новый, если использовать терминологию Питирима Сорокина, "интегральный" порядок будет представлять из себя синтез с отсечением крайностей, которые последовательно снимает исторический процесс: сначала - "чистый" социализм, теперь - "чистый" либеральный капитализм.

Как показывает опыт борьбы с кризисом, ключевую роль в нахождении нового баланса между вмешательством в экономику и действием рынка будет играть государство. Международное общение будет сохранять свой преимущественно межгосударственный характер при всем многообразии других участников сетевой дипломатии. Отсюда следует несколько выводов.

Во-первых, требуется деидеологизация международных отношений. Категории времен "холодной войны" не дают выхода на решения, отвечающие требованиям времени. Нужен более глубокий уровень обобщения, позволяющий вернуться к сути понятий государство и экономическая деятельность. Только так удастся выйти на конвергенцию на уровне идей и практической политики.

Во-вторых, нельзя не констатировать неэффективность западноцентричной системы глобального управления, которая не отражает современных реалий. Относиться к этому нашим западным партнерам не следует как к чему-то личному. Речь идет об объективных процессах, ставших в том числе следствием последнего этапа глобализации при лидирующей роли Запада. Новое вызревает в недрах старого и его "отрицает" - это чистая диалектика и философия, ничего более. Никакого идеологического реванша. Хотя бы потому, что у современной России, а я могу говорить только за свою страну, нет идеологии, которую мы хотели бы навязать миру. Это - чистой воды прагматизм. Если мы и агитируем за что-то, то только за здравый смысл.

В-третьих, кризис показал неадекватность Бреттон-Вудских институтов, где новые центры экономической силы и политического влияния не представлены соответственно своей роли. Нет сомнений в том, что они нуждаются в радикальной реформе.

С другой стороны, все мы имеем огромное преимущество в виде системы ООН, которая создавалась в расчете на полицентричный международный порядок. Хотя, конечно, и она требует реформирования. Но главное - это принцип полицентричности, нашедший отражение в Уставе ООН. ООН пережила "сумеречный" период во времена "холодной войны", когда биполярность была основным регулирующим началом. Теперь пришло время реализовать потенциал, заложенный в ООН.

Убежден, что система ООН является здоровой и отвечающей требованиям времени. Вокруг нее и должна строиться новая система глобального управления, исходящая из множественности игроков и принципов суверенного равенства государств-членов, взаимной выгоды и международной законности. Будучи демократической и справедливой в сознании всех участников, она обретет способность к саморегулированию.

Она также должна будет отражать культурно-цивилизационное многообразие мира. Опыт толерантности в истории имеется. В частности, к этому пришла Европа по итогам религиозных войн, когда Вестфальский мир вывел ценностные различия за рамки межгосударственных отношений. К вестфальским принципам надо возвращаться и сейчас, но уже в более широком кругу стран. Договариваться становится труднее, но другого пути нет.

В-четвертых, трансформацию претерпевает сам предмет международных отношений. Это уже не кабинетная политика вокруг интересов, сводившаяся к территориальному переделу мира и рынков сбыта и формированию коалиций. В прошлом и колониальная эпоха. Современная дипломатия занимается коренными вопросами национальной жизни - от обеспечения безопасности до вопросов процветания. На первый план выходят глобальные вызовы и угрозы, противодействовать которым можно только солидарными усилиями. Причем вызовы представлены не угрожающими кому-то государствами, а явлениями - такими, как международный терроризм, трансграничная оргпреступность и наркотрафик, незаконная миграция, глобальная бедность и изменение климата. Требуется и соответствующий инструментарий - уже не количество и огневая мощь дивизий.

Претерпевает серьезные изменения и метод ведения дел в международных отношениях. Это уже не иерархические конфигурации, апофеозом которых стало разделение мира на два противостоящих лагеря, а сетевая дипломатия, предполагающая гибкие формы взаимодействия групп государств. Речь не идет о борьбе против кого-то, а о коллективных усилиях за интересы, общие для определенного круга государств или международного сообщества.

То обстоятельство, что современные конфликты и кризисные ситуации не имеют силовых решений, диктует выбор в пользу вовлечения всех государств, а не их изоляции.

В целом формируются условия для деидеологизации международных отношений, утверждения в них принципов толерантности и плюрализма.

Безусловно, к этому пока готовы не все. У многих сильна инерция прошлого, стремление действовать в русле логики игр с нулевым результатом, когда безопасность или экономические интересы одних обеспечивались за счет других. Но тем важнее задача для ответственных политиков и экспертов добиваться осознания необходимости интеллектуальной конвергенции в мире, которая способствовала бы преодолению барьеров времен "холодной войны" и осмыслению происходящего в более фундаментальных, неконфронтационных категориях.

Без государства - никуда

Сергей СавостьяновЮрий Лужков, мэр Москвы:


- Мы с вами живем в условиях глобализации, глобализации мировой экономики. Мы с вами сегодня наблюдаем шествие транскапитализма, капитализма транснациональных корпораций, по всему миру. Мы сегодня с вами переживаем кризисную ситуацию. Вот те три новых для нас, для нашей философии жизни, фактора, которые должны быть предметом нашего анализа, изучения.

Транскапитализм, глобализация мировой экономики, действия реальных транснациональных корпораций стремятся к тому, чтобы роль государства исчезала, была слабее, чтобы сами государства были слабее не с точки зрения границ и территорий, а с точки зрения той силы, которая могла бы проникающему в эти экономики других стран капитализму, транскапитализму, сказать "нет". Поэтому философы, политологи в мире в последнее десятилетие трубили о том, что роль государства снижается, сокращается, и вообще может наступить такой период, когда государство как организатор жизни общества исчезнет. Конечно, это не сейчас, не сразу, но это исключительное желание транскапитализма - видеть мир таким, при котором его действия не встречают никаких преград и ограничений.

И вдруг все то, что сегодня связано с движением транснациональных корпораций во все страны, все, что сегодня связано с еще одним фактором - формированием главных целей, в первую очередь в главной стране, в Соединенных Штатах Америки, потребительского общества, общества, которое потребляет больше, чем производит, - всё это естественным, понятным образом привело к тому неравновесию, которое капитализм и рыночный принцип организации экономики привел к неравновесному, кризисному режиму жизни. И вот когда разразился кризис, то у большинства тех аналитиков, тех политиков, которые стремятся к тому, чтобы защитить свой народ и свое общество от такого губительного воздействия кризисных явлений, возникает объективная необходимость укреплять государство как таковое. И сегодня все разговоры о том, что кризис может быть преодолен продолжением каких-то уже состоявшихся и уже себя подтвердивших рыночных тем более с мощным налетом монетаризма, игр в деньги, выпуском бумажек, которые вбрасываются в мировую систему производства, и за эти бумажки одна страна получает в два раза большие ресурсы, чем собственный валовый внутренний продукт, - в этих условиях мы говорим о необходимости возрастания роли государства. В одной из серьезных работ, которые появились в последнее время в нашей стране, звучали даже предложения о временной национализации целого ряда отраслей в нашем государстве, которое является рыночной страной. Из-за того, что управлявший этими отраслями бизнес был несоциальным и неэффективным. Подчеркну, что речь шла о временной национализации. И реализуя возрастающую роль государства в кризисных ситуациях, отрегулировало экономику, а затем снова могло бы перевести на рыночные принципы все то, что национализировало. Но продало бы эту собственность уже по абсолютно иным, радикально отличающимся от первоначальных принципов 90-х годов, когда собственность раздавалась по абсолютно непонятным принципам. И сразу же наши монетаристы, наши либералы по поводу этих предложений начали общий коллективный ор, что это возврат к социализму.

Когда мы говорим о государстве, которое должно спасти экономику, то мы говорим о государстве, которое обязано взять на себя ответственность сегодня.

Кризис показал, что общество потребления, которое играет в деньги, перерасходует ресурсы на жизнь и на производство, такая мировая цивилизация - бесперспективна. Поэтому одна из важнейших задач - это осмысление тех причин, которые привели мировую цивилизацию в такое состояние. И это состояние должно быть изучено, причем изучено основательно, и должны быть приняты меры, которые позволят уйти от процесса потребительского капитализма и перейти в новый режим рационального производства и рационального потребления. Рациональное производство - это нанотехнологии, это биотехнологии, это все, что связано с максимальным продуктом при минимальном потреблении и энергетических, и материальных ресурсов. Это все не может быть сделано без науки и высоких технологий.

Одна из важнейших задач государства в кризисный период - это помочь тем, кто оказался не в состоянии противостоять ударам кризиса, помочь пенсионеру, ветерану, помочь детям, помочь инвалидам, помочь тем, кто не в состоянии трудиться. Скажите, какой бизнес, какая либерализация может решить эту проблему? Когда государство должно, с одной стороны, заняться реальным сектором экономики, бизнесом, рыночной структурой, скоординировать ее или управлять на короткий промежуток времени, а с другой стороны, государство должно найти ресурсы, чтобы не провалить, не уничтожить своими пассивными действиями ту часть населения, которая не может без помощи государства существовать. И вот в этом есть прямая, особая ответственность государства, и прямой и особый смысл работы государства, в которой должны быть выдержаны пропорции поддержания развития, стабилизации экономики и пропорции социальности. И государство несет в кризисный период гораздо больше социальной ответственности, чем в любой другой. Я думаю, что наша конференция поможет сформировать систему мышления по тем главным задачам, которые на данном этапе мир, мировая экономика, мировая социальная система должны выполнять. И в том числе, а может быть в особенности, наша страна, потому что мы получили удары кризиса глубже, чем это было бы обосновано, потому что государство вошло в кризис в очень приличном состоянии. И кризис в нашей стране был обусловлен нашим бизнесом, новыми нуворишами и олигархами, которые набрали 550 млрд долгов, а государство не может безразлично отнестись к этим долгам. Потому что если мы бы не приняли меры, то наша алюминиевая промышленность и целые отрасли могли уйти за эти долги, и мы бы потеряли суверенитет над нашей реально мощной, определяющей государственный потенциал экономикой.

Я не вижу ничего страшного в том, что наше министерство финансов и Центробанк устанавливали ставку рефинансирования 13%, что в докризисный период ставка рефинансирования у нас была выше, и проценты на кредиты были выше, чем те, что предлагал нам Запад, и тогда наш бизнес пошел за кредитами на Запад. Я страшное вижу в другом: на что были потрачены эти деньги? На расширенное воспроизводство, которое дает возможность вернуть тело кредита, проценты и еще оставить себе прибыли? Деньги в подавляющем большинстве пошли на приобретение лежащих предприятий, которые эти новые бизнесмены не смогли поднять, на приобретение территорий, яхт, всего того, что не дает возможности вернуть эти кредиты. В этом большая беда. Роль государства в этом была нулевой. Но когда пришел кризис, когда они стали неспособными вернуть эти деньги, вот тут, что называется, в подоле принесли 550 млрд долгов. И государство не может в полном объеме отказаться от всех этих долгов, оно должно предпринимать действия по спасению наиболее важных отраслей для государства.

Потенциал нестабильности

Иммануил Валлерстайн, старший научный сотрудник Йельского университета:


- С 70-х годов прошлого века мы живем в очень сложный период. И те процессы, которые начались сорок лет назад, только будут нарастать.

В этих процессах можно четко выделить две фазы. Во время фазы "А" многие предприниматели заработали очень серьезные деньги, создавая из предприятий монополии, которые и в будущем принесут им немалые прибыли. Но квазимонополизм в конечном счете приведет к самоликвидации.

Сейчас, во время фазы "В", люди, которые хотят заработать очень большие деньги, должны, конечно же, работать в финансовой сфере. Но сегодня мы видим, что в этой сфере в большой мере проводится безответственная политика. Здесь деньги можно сделать только на спекуляции, но она прежде всего подразумевает заимствование, которое когда-нибудь будет нужно возвращать. Были розданы очень серьезные ресурсы, соответственно, очень многие люди оказались в статусе должников. Одновременно с увеличением числа должников росла цена на нефть. Но особенно была опасна та неразумная политика в области ценных бумаг, стоимость которых была неимоверно завышена. Конечно, все эти причины и привели к тому глобальному кризису, который и разразился в конце фазы "В".

Соединенные Штаты ничего не могли сделать, чтобы избежать такого развития финансового кризиса. Конечно, можно было бы закачать миллиарды долларов в экономику, но люди будут занимать снова и снова, будут создавать новые долги. Таким образом, и эти деньги снова обесценятся. Мои прогнозы крайне пессимистичны. Думаю, что в ближайшие несколько лет ситуация не улучшится.

Среди глобальных причин краха финансовой архитектуры последних десятилетий можно назвать и ту геополитическую ситуацию, которая сложилась в мире в этот период.

После Второй мировой войны, в течение примерно 45 лет, одним из столпов развития политики и экономики фактически гегемоном были США. Конечно, гегемон как функция имеет возможность устанавливать мировой порядок, при котором набирает обороты капитализм. Но гегемония не вечна. И с 70-х годов сила США как гегемона постепенно снижалась. Все президенты США с 70-го года по 2000 год - от Никсона до Клинтона - фактически проводили политику снижения влияния США. Когда Джордж Буш-старший пришел к власти, он озаботился вопросом: почему происходит снижение влияния Америки в мире? И сам же на него ответил: потому что у нас были слабые президенты. Для восстановления престижа было необходимо делать больший упор на милитаризацию и на односторонние действия. Примером таких действий и стал Ирак. Как мы помним, Россия, Франция и Германия выступали против введения войск в Ирак. Однако США это не остановило. Америка надеялась посредством этой оккупации запугать всех - Западную Европу, потенциальные новые ядерные державы, арабский мир. Но потерпела сокрушительное фиаско. Результаты были противоположными: снижение авторитета и мощи Соединенных Штатов стало необратимым.

И сегодня мы живем уже в пост американский период мировой истории. Это уже действительно многополярный мир: существует 8, 10, 12 так называемых столпов. Безусловно, они неравносильны, но достаточно мощны для того, чтобы иметь автономию. Конечно, это США, Западная Европа, Россия, Китай, Япония - эти государства всегда были традиционно сильны. Но сегодня к политическим центрам силы в полной мере можно причислить и Иран, и Бразилию, и ЮАР.

Поэтому о последствиях продолжающегося кризиса в экономике сегодня нужно говорить только с учетом особенностей многополярного мира. Очевидно, что нас ожидает последний коллапс заемщиков. За 15-20 лет США снизили свои показатели на 15 проц., но это не предел. Возможно, что можно ожидать еще тридцатипроцентное падение. Конечно, пока доллар остается резервной валютой, но не исключено, что вскоре он утратит свою монополию. Другие центры силы также могут претендовать на создание своих вариантов резервной валюты. Я не исключаю, что в скором будущем мы сможем пользоваться целой корзиной таких валют: одной будет доллар, другой - иена, третьей - евро, затем, может быть, юань, рубль, британский фунт, швейцарский франк и так далее. А когда будет сформирована корзина резервных валют, то появится возможность торговать свопами. И это уже происходит.

В условиях существования многополярного мира не избежать и геополитических трудностей. Скажем, у нас будет 8-10 держав, каждая из которых начнет думать о возможных полезных для нее союзах. Я уверен, на сегодняшний момент эти 8-10 центров пока не составили себе четкого представления о каких-либо вариантах стабильных политических союзов. Пока они еще не определились, только, что называется, пробуют почву. Не исключено, что лет через 5 мы будем наблюдать создание таких союзов, которые превратятся в мощные геополитические центры. Можно смело говорить о том, что в настоящее время таких устоявшихся полюсов политического влияния нет. Из-за этого возникает определенная неясность, хаотичная ситуация. К сожалению, в ближайшие 20-30 лет ситуация, в которой нам предстоит жить, имеет значительный потенциал нестабильности. И всем необходимо подумать, как можно было бы решить эти проблемы.

Официальный сайт Администрации Ярославской области http://www.adm.yar.ru/index.aspx

Поделиться