Версия для печати 413 Материалы по теме
Театр Вахтангова меняет культурную повестку Владикавказа

Дом основателя Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова стал филиалом театра Вахтангова. Это важнейшее культурное событие 2023 года. Работу по реставрации аварийного здания, где жил Евгений Богратионович, и созданию на его базе культурного центра возглавил директор театра Кирилл Игоревич Крок.

Для прославленного театра на Арбате это был масштабный и трудоемкий проект. Когда-то об истории дома, расположенного в самом центре столицы Северной Осетии, напоминала только табличка на фасаде. А сегодня он наполнен жизнью и пользуется большой любовью у местных жителей и гостей республики. Здесь проходят творческие вечера, концерты, экскурсии. А директор театра, сумевший за два года оживить историческое здание, возродить которое не могли десятилетиями, получил статус «Человек года».

— Кирилл Игоревич, Дом Вахтангова торжественно открыли в этом году, но разговоры о восстановлении здания шли уже давно...

— Действительно, идея о том, что дом нужно привести в порядок и сделать там музей, витала с 1980-х годов. В то время, в рамках 100-летия со дня рождения Евгения Богратионовича, театр Вахтангова побывал во Владикавказе на гастролях с легендарным спектаклем «Принцесса Турандот», в котором играли В. С. Лановой, М. А. Ульянов, Ю. В. Яковлев, В. А. Этуш и другие именитые актеры. Прогуливаясь по городу с экскурсией, труппа побывала и у дома, где родился театральный режиссер-реформатор.

В историческом здании, которое через 40 лет станет объектом культурного наследия, тогда размещались коммунальные квартиры. Гид рассказал, что по плану развития города дом будет снесен вместе со всем кварталом, а на его месте возведут площадь, сквер и фонтаны. На последнем гастрольном спектакле Ю. К. Борисова, исполнявшая главную роль, после аплодисментов взяла слово. Она обратилась к партийному начальству республики, которое сидело в зале, с просьбой не сносить Дом Вахтангова. Удивительно, но здание сохранили, повесили на фасад мемориальную табличку. Но на этом в тот момент все и закончилось.

Через много лет, в 2013 году, в сквере возле Армянской церкви, недалеко от того дома, где родился и провел юность Евгений Вахтангов, ему открыли памятник. Приехав во Владикавказ с труппой на гастроли, мы, конечно же, возложили цветы к мемориалу основателя нашего театра и осмотрели его дом. Там, как и прежде, располагалось 13 коммунальных квартир, на первом этаже были магазин женской одежды и кафе под названием «Турандот». На пресс-конференции по итогу гастролей местные журналисты напомнили идею с музеем, сказали: «Дом погибает». Тогда я встретился с главой республики. Он признался, что о Доме Вахтангова знает, вся культурная общественность Владикавказа давно носится с идеей создать в нем музей. Но Северная Осетия — на 80 процентов дотационный регион, и денег на восстановление здания нет. Надо искать средства — либо спонсорские, либо федеральные.

— Теперь в самом центре города, в здании, где родился и 20 лет прожил режиссер, располагается новое культурное пространство — с музеем, арт-кафе и сценой. Сейчас даже не верится, что столько лет о культурном центре нельзя было и мечтать. Как все-таки удалось найти финансирование?

— Детищу великого режиссера, преобразователя российского и мирового театра уже больше века: 100 лет театру исполнилось 13 ноября 2021 года. Накануне 100-летия вышел указ Президента России, постановляющий обеспечить разработку и утверждение плана основных действий по подготовке и проведению праздничных мероприятий. В эту правительственную программу мы и «вместили» пункт о восстановлении здания и создании культурного центра в статусе филиала академического театра имени Евгения Вахтангова. План был подписан правительственной комиссией, и теперь его нужно было исполнять.

Я поехал во Владикавказ, нанял там риелтора и юриста. Мы получили от местной власти список жильцов дома с указанием прописки и количества принадлежащих им квадратных метров. Попросил риелтора оценить бюджет переселения этих людей, чтобы выкупить у них коммунальные квартиры. На тот момент, два года назад, требовалось 45–50 миллионов рублей. Мы начали искать деньги в Москве, но в какие бы государственные организации я ни обращался, везде мне говорили, что это безумие — никто бюджетных денег на расселение и реконструкцию дома не даст. Что Владикавказ — это всего лишь около 300 тысяч жителей, там уже есть пять театров и пять музеев, и еще один музей городу не нужен.

Но если зерно попадает в землю, то оно начинает прорастать. И мы не могли оставить идею, которая витала в воздухе почти 40 лет. Я обратился к другу нашего театра М. М. Задорнову, на тот момент председателю совета директоров банка «Открытие». Рассказал об идее, показал фотографии, отметил, что восстановление дома внесено в правительственную программу. На тот момент сумма для расселения дома выросла до 60 миллионов рублей — прошло уже около полугода, и цены изменились. Михаил Михайлович сказал: «Всю сумму мы не потянем. Я могу дать только 35 миллионов рублей».

Чтобы получить недостающие деньги для расселения квартир, нужно было искать еще одного спонсора. Я связался с еще одним нашим давним партнером — с компанией «МТС-Тикетленд», которая и дала нам недостающие 25 миллионов.

Важно, что 60 миллионов рублей — это спонсорские деньги, и они пришли с целевым назначением на приобретение квартир. Если бы театр расселял людей на свои средства, при дальнейших проверках, ревизиях было бы сложно объяснить, почему мы на собственные, заработанные от уставной деятельности деньги покупаем одно-, двухкомнатные квартиры во Владикавказе.

Важно, что спонсорские деньги пришли с целевым назначением на приобретение квартир. Если бы театр расселял людей на свои средства, при дальнейших проверках было бы сложно объяснить, почему мы на заработанные от уставной деятельности деньги покупаем квартиры во Владикавказе

Когда деньги поступили на счет, я обратился к главе Северной Осетии, тогда им был В. З. Битаров, и мне выделили целого вице-премьера, который стал нас курировать. Мы провели первые собрания с жильцами. А до этого глава дал поручение республиканскому Росреестру и запретил кого-либо прописывать по этому адресу, регистрировать какие-либо сделки. Чтобы не получилось так, что, пока мы ищем квартиры жильцам, в доме прописалась толпа лишних людей.

Стоит отметить, что в начале всей этой истории, чтобы привлечь внимание общественности, мы накануне объявления в России пандемии коронавируса провели пресс-конференцию, куда пригласили журналистов и запустили народный сбор средств на восстановление Дома Вахтангова. Сбор осуществлялся через платформу Планета.ру. Как государственное учреждение, мы не имеем права собирать деньги, поэтому поручили это краудфандинговой платформе, с которой заключили агентский договор. Так мы собрали 2,3 миллиона рублей.

Конечно, для такого масштабного проекта это капля в море. В основном на восстановление здания в течение двух лет мы брали средства из своей прямой уставной деятельности — играли спектакли в Москве, на гастролях. На вырученные средства заключали договоры на проведение ремонтно-строительных работ, проектирование, оснащение дома. По 223‑ФЗ мы имеем право расходовать собственные средства в размере не более 10 процентов от актива на начало года.

— Сегодня, когда все трудности уже позади, а культурный центр активно работает, можете ли сказать, что оказалось в этом процессе самым сложным?

— Когда мы провели первые собрания с жильцами, я думал, что самым сложным будет договориться с владельцами коммуналок. Думал, будет грандиозный скандал, который выльется в социальные сети. Но люди, находясь в шоке от того, что их квартиры хотят выкупить, прекрасно понимали степень аварийности дома. Поэтому со всеми удалось договориться: всем 13 собственникам либо купили новое жилье, либо выплатили стоимость их квартиры. В итоге бюджет с 60 миллионов рублей вырос еще на пять миллионов — в одной из квартир жила женщина-инвалид с двумя разнополыми детьми, и мы купили им две квартиры. Словом, расселили дом за четыре месяца, у коммерсантов выкупили помещения, где располагался магазин и кафе, и здание стало нашей собственностью. А дальше началось самое страшное...

Дом был в ужасном состоянии, выяснилось — все, что находится внутри, нужно снести, потому что оно не подлежит ни восстановлению, ни ремонту, ни эксплуатации. Тем более планировалось, что это будет объект с массовым пребыванием людей. Еще один интересный момент — как только мы стали собственниками, местный комитет по охране памятников внес здание в список вновь выявленных культурных объектов республиканского значения. Получается, что ранее комитет как будто бы и не знал, что в этом доме родился Евгений Вахтангов.

Защитную зону установили по двум внешним стенам на улицах Армянской и Чермена Баева. Все «внутренности» пришлось снести, потом — укрепить две внешние стены, чтобы дом не завалился, залить фундамент, сделать антисейсмический пояс, а дальше, как нам сказали, внутри могли строить что хотели. Честно скажу, что на момент расселения дома у нас не было никакой концепции будущего культурного центра. Да и в здание мы войти не могли — там жили люди, везде были перегородки, ничего нельзя было понять, представить, каким мы располагаем объемом.

У нас была цель — «ввязаться в драку», выкупить дом, перевести в федеральную собственность, закрепить за театром. Если получится — начать ремонт, если не получится — законсервировать, чтобы хотя бы сохранить здание для будущего. И прежде, чем продумывать наполнение культурного центра, мы занимались отливом железнобетонных перекрытий внутри дома. Лишь когда перекрытия были отлиты, мы поняли объем пространства и тогда придумали концепцию.

В соответствии с ней в доме обязательно должны были соединиться музейная и театральная зоны. Если делать просто музей, то, во-первых, мы не располагали достаточным количеством экспонатов, связанных с Вахтанговым, поскольку его творческая жизнь длилась всего 10 лет. А во-вторых, нам было важно, чтобы дом был живым, а создание только музея означало бы, что он будет полупустым — откровенно говоря, сегодня люди не так часто посещают музеи. Если в доме ничего не будет происходить, зачем тогда вкладывать в него миллионы? И мы решили, что на втором этаже будет экспозона, где мы восстановим жилые апартаменты семьи Вахтанговых, наполним их антикварными вещами того исторического периода. А на первом этаже будут работать кафе и камерный концертный зал для проведения творческих вечеров и моноспектаклей.

— Культурный центр «Дом Вахтангова» во Владикавказе функционирует в качестве филиала академического театра уже почти полгода. Скажите, оправдало ли себя это вложение?

— Вложения в восстановление Дома Вахтангова за 2,5 года составили порядка 250 миллионов рублей. Когда оставалось несколько дней до открытия объекта, я обратился к учредителю — Министерству культуры РФ. Дом нужно содержать, в нем должны работать люди, которые должны быть трудоустроены в государственный театр. Поэтому нам была увеличена бюджетная субсидия на несколько миллионов рублей, которая покрыла коммунальные и налоговые платежи, выплату заработной платы 14 сотрудникам центра.

В первый месяц после открытия в музейную зону было продано свыше двух тысяч билетов на сумму более 600 тысяч рублей. Это огромное количество даже для Москвы, а для Владикавказа — тем более. Было проведено порядка 20 концертов — продали свыше 1000 билетов на сумму полтора миллиона рублей. И это с учетом того, что в этом маленьком пространстве всего 70 мест. Уже за первый месяц работы центр заработал 2,25 миллиона рублей. А сегодня он в среднем зарабатывает около 1,5 миллиона рублей ежемесячно.

Можно отремонтировать здание, купить дорогую технику, но какой в этом толк, если этим никто не пользуется? В мае мы были там с большими гастролями, и я знаю, что такого технического оснащения нет ни у одного театра Владикавказа. По камерам видеонаблюдения видно, что жизнь в центре кипит. И по экономике он себя абсолютно окупает. Это подтверждают отчеты, которые я получаю ежемесячно.

Считаю, что благодаря работе центра мы очень активно меняем культурную жизнь во Владикавказе. Нашим посетителям мы предлагаем два вида экскурсий — с самостоятельным осмотром и с аудиогидом. Каждый месяц проводим не менее 20 мероприятий в арт-кафе — артисты выступают на сцене, а зрители располагаются вокруг нее за столами. Причем в командировку в столицу Северной Осетии отправляем и наших артистов, которые играют там свои моноспектакли. Приглашаем и местных исполнителей, даем площадку творческим коллективам республики. Нам очень важно, чтобы в Доме Вахтангова звучала речь и на русском, и на осетинском, и на дигорском языках.

Благодаря развитию внутреннего туризма турпоток в Северную Осетию в последнее время увеличился. Мы подписали договоры со всеми турагентствами, какие есть в республике, создали сайт дома, работаем с Пушкинской картой и прогнозируем рост количества посетителей. Знаю, что театр Вахтангова будет присутствовать на родине Евгения Богратионовича на постоянной основе, и это меняет культурную повестку Владикавказа.

Мы не просто восстановили здание, но и проводим в городе грандиозные концерты — например, в честь открытия центра на площади Свободы у Дома республиканского правительства на специально возведенной сцене состоялся уличный концерт, на который собралось не менее шести тысяч жителей. А трансляцию на телеканале «Культура» посмотрели порядка 2,5 миллиона человек. Получается, мы не просто открыли центр, а организовали федеральное культурное событие. И теперь благодаря открытию Дома Вахтангова — так говорит и глава республики, и все местные жители — Владикавказу постепенно возвращается статус культурной столицы Северного Кавказа.

— За два с половиной года вы проделали огромную работу, открыли центр, который уже меняет культурную повестку в столице Северной Осетии. Сегодня, когда все позади, ввязались бы вы снова в подобный проект?

— Откровенно говоря, это был очень сложный проект. И большую роль в нем сыграла поддержка властей, партнерские отношения с первыми лицами республики. Слава богу, у меня был мобильный телефон главы региона Сергея Ивановича Меняйло. При возникновении каких-либо сложностей стоило сделать один звонок — и сразу начиналось движение. Для меня это открытие.

Но реставрация здания — это долг перед основателем театра. И я горд, что спустя 140 лет он смог вернуться к себе на родину, в свой родной дом.

Несмотря на все трудности, я считаю, очень важно, чтобы на территории страны реализовывались такие проекты.

Культура — это не только Москва и Питер. География России должна быть покрыта ровным культурным слоем. И если таких центров нет на местах, в города должны приезжать знаковые театры. Только тогда в стране будет единое культурное поле.

— В заключение хотелось бы поговорить о тенденциях финансовой деятельности московских театров. Как театру имени Евгения Вахтангова удается держаться на плаву в столь сложное время?

— Могу подчеркнуть, что театр Вахтангова — единственный из федеральных театров, который зарабатывает 2,5 рубля на каждый рубль бюджетного финансирования. В 2022 году объем бюджетного финансирования составил 497 миллионов рублей: у нас, как у крупнейшего театра, есть грант Президента РФ на поддержку творческой деятельности и 415 миллионов рублей — субсидия на выполнение государственного задания от Министерства культуры РФ. А заработали мы в 2022 году 907 миллионов рублей. Вот откуда складывается экономика.

В Москве за минувший год мы сыграли 1055 спектаклей, на гастролях — 45. У театра шесть сцен, на которых проходит по 120–130 спектаклей в месяц, то есть зрители к нам приходят каждый день. В труппе — 118 артистов, у которых одна из самых высоких зарплат в области культуры — за 2022 год средняя заработная плата составила 134 тысячи рублей с прогнозным значением по городу Москве 88 тысяч. И все потому, что мы зарабатываем. Как этого добиться? Ставьте хорошие спектакли, работайте с аудиторией, правильно продавайте билеты, правильно себя позиционируйте.

Анализируя финансовую деятельность театра, я также вывожу такую цифру, как бюджетозависимость. У нас она составляет 34 процента. То есть если, например, завтра вдруг у театра не станет субсидии на выполнение государственного заказа, то мы должны будем просто пересмотреть свои траты и сократить расходы. В то время как любой другой театр умрет практически сразу, потому что у него зависимость от бюджета — 80–85 процентов.

Мы соревнуемся не с другими театрами, а с экономикой прошлых лет. И доходы театра Вахтангова растут ежегодно (таблица). Так, в 2011 году театр заработал 251 миллион рублей, а через 10 лет, в 2021 году, уже 548 миллионов рублей. Еще через год, в 2022 году, нам не хватило всего 100 миллионов до миллиарда рублей. И я уверен, что по итогам этого года вместе с Домом Вахтангова наши доходы наконец-то перевалят за миллиард.

Таблица. Доходы Государственного академического театра им. Е. Вахтангова, млн руб.

2011

2012

2013

2014

2015

2016

2017

2018

2019

2020

2021

2022

Доходы от продажи входных билетов

204 783,7

309 264,2

401 686,3

440 479,6

427 319,5

492 168,3

473 647,7

484 571,6

521 044,1

265 200,15

441 745,4

737 832,9

Гастроли, экскурсии, трансляции на ТВ и др.

27 399,6

18 730,0

27 072,1

31 113,9

79 613,5

68 924,6

98 327,7

118 353,5

86 610,5

58 442,15

91 583,3

148 752,6

Спонсорские средства

8909,0

6980,0

12 970,0

13 093,2

7000,0

81 914,4

7000,0

10 000,0

7000,0

37 500,0

2037,4

6355,0

Доходы от аренды сцены

6652,5

7884,1

6593,2

4289,4

5695,9

1279,7

5440,7

10173,7

4124,1

3846,67

4351,6

5755,0

Доходы от аренды имущества

3870,5

3818,7

3917,4

4986,7

4578,2

5227,8

5457,4

7017,2

7219,4

7297,57

9186,4

9178,09

Внебюджет, всего

251 615,5

348 854,0

452 240,0

493 962,8

525 013,7

649 514,8

589 837,5

630 116,0

625 998,3

377 286,4

548 904,2

907 874,4

Подготовила М. С. Михайлова

Поделиться
Продолжается редакционная
подписка на 2024 год
Подпишись выгодно